Жесткие гитарные риффы рассекли песню, отделили куплет от припева.

Прозрачное создание воды и глубины, Ты сквозь годы и сквозь километры прошла неизменной…

Риффы продолжали кромсать мелодию, непостижимым образом вплетаясь в нее:

Под толщей вод сезонов нет, Нет осени и нет весны, И поэтому ты так прекрасна и так совершенна. И поэтому ты так прекрасна и так совершенна.

Пард подумал, что нужно быть истинным поэтом и неисправимым романтиком, чтобы счесть медузу прекрасной и совершенной.

Дослушать не получилось: сначала появился Роелофсен со своей группой; и только спустя какое-то время — Вольво и Зеппелин.

Саграда заметил их издали, коротко свистнул и указал на дом, где засели остальные. Зеппелин кивнул, давая понять, что уяснил.

Шефа встретил Бюскермолен. Спустился к выходу из подъезда и встретил.

— Все в порядке, Вольво. Они, кажется, ничего не поняли. Сидят внутри и, по-моему, квасят. Гонза говорит, что из открытых окон ощутимо тянет пивом. Я не чувствую… Но Гонзе можно верить, я убедился…

Вольво молча кивнул и прошел в подъезд.

— Второй этаж, направо, — подсказал Бюскермолен.

В квартире Вольво первым делом направился к окну. В его протянутую руку Пард тут же вложил мощный двадцатикратный бинокль. Вольво, демонстрируя знание нужных формул, подкрутил настройку окуляров и впился взглядом в огромные окна дворца спорта.

Несколько минут он изучал дворец, поводя биноклем вправо-влево. Потом вдруг ожила рация у Бюскермолена на поясном ремне.

— Хей, Бюс, это я, Тип-Топыч. Двое двухколесных собрались куда-то ехать… Вышли из торцевой двери.

Тип-Топыч говорил тихо, с обычным для орков придыханием.

Вольво поднес к губам продолговатый переговорник, за которым вился похожий на черную пружину шнур.

— Ты сможешь взять хотя бы одного? — спросил он.

— Да хоть двух, шеф! Глушить сильно?

— Не сильно. Чтоб сразу можно было привести в чувство…

— Понял! Только подошлите кого-нибудь последить за дверью, вдруг остальные тоже высунутся…

Вольво только взглянул на Зеппелина, Роелофсена и Бюскермолена — те мгновенно материализовали в руках оружие и деловито направились к выходу. Бюс на ходу приложил к уху второй переговорник-рацию и перекинулся с Тип-Топычем несколькими короткими фразами.

Отсутствовали они буквально пять минут — по истечении этого срока дверь пинком распахнулась и вошли гномы, каждый с бесчувственным пленником на плечах, а следом ввалился невозмутимый Зеппелин с пистолетом в руке.

— Готовы, шеф! Мы даже дойти не успели — Тип-Топыч все сделал сам…

— Выпишу ему премию, — проворчал Вольво; Пард видел, что настроение вирга-техника постепенно улучшается. Похоже, он начинал верить, что Инси удастся отбить сегодня же и без особых хлопот.