Гномы без излишних церемоний свалили безвольных мотоциклистов на пол; Бюс нагнулся и похлопал одного из них по щекам. Мотоциклист, человек лет двадцати пяти, с татуированными руками, весь затянутый в хрустящую кожу, замычал и свернулся на полу калачиком. Бюс несильно пнул его ботинком.
— Давай, оживай, девица!
Девица снова замычал и неловко сел, привалившись к стене. Открыл глаза и поглядел на пеструю публику в комнате удивленным взглядом.
— Да кто вы такие, три раза вас по…
Договорить он не смог: Вольво коротко, без замаха, хлестнул его кончиками пальцев по глазам. Мотоциклист с проклятиями повалился, но гномы тут же крепко взяли его за локти и приподняли над полом. Кожаная куртка с шуршанием проехалась по веселеньким, в цветочек, обоям. Вольво приблизил лицо вплотную к лицу пленника — Пард представил, что мотоциклист сейчас видит. Глаза вирга, исполненные холодной решимости, и белые кончики клыков, выступающие из-под нижней губы.
Представить, что мотоциклист сейчас чувствует, было столь же легко.
— Где девчонка? — спросил Вольво с неявной угрозой в голосе.
Мотоциклист дернул головой:
— Там, во дворце…
— Точнее!
— В малом зале, у Сороки…
— Как туда попасть?
— Второй этаж, по коридору налево, на двери табличка… Послушайте, вас прибьют по дороге, Сорока — это наш…
Но Вольво мало интересовало, кто таков этот Сорока.
Пард уже включил компьютер и успел отыскать планы внутренних помещений дворца спорта. Доступ к нужным файлам был совершенно свободным, да и Пард заранее поинтересовался, где лежит необходимая информация.
Второй этаж. Малый зал. Схема эвакуации при пожаре… Эвакуация — это, наверное, когда приходится спешно уносить ноги. Раз пожар — значит уносить, и, уж конечно, весьма быстро. Действительно, по коридору налево от лестницы, первая же дверь по левую же руку.
— Сорока — уже покойник. Как и Оришака, понял?
— Да кто вы такие, черти вас дери? — Пленник сердито задергался, но гномов пересилить ему явно не светило.
— Лучше тебе этого не знать, парниша, — жестко сказал Вольво.
— Лучше не знать, двухколесник паршивый. Иначе — отправишься за Сорокой.
Вольво опустил глаза.
— Связать его и под замок! Гонза, оживи второго.
Впрочем, второй мотоциклист уже и сам пришел в себя. Он послушно встал, держа руки поднятыми, и негромко сказал:
— Чуб сказал правду. Девчонка в малом зале на втором этаже.
— Ты нас проведешь, — обронил Вольво. — И не вздумай дурить.
У мотоциклиста дернулась щека. Кажется, он уже посчитал себя крупно вляпавшимся: отказаться — его просто прихлопнут непонятные, но явно могущественные пришлые. Провести — потом достанется от своих. Попробуй выбрать!