Конечно, они — то есть наши спецслужбы — негласно и жестко проверяли меня. Смотрели, как я поведу себя в ситуации, требующей размышлений и решений. Выплыву — не выплыву. Я выплыл.

И я кивнул.

— Ну вот и отлично, — подытожил Федоров. — Формальности потом, а сейчас к делу. Максим! Ты ведь понял, что дело не закончено?

— Оборвались связи Рыбина?

Парни переглянулись и невольно сделали коротенькую паузу, прежде чем Костя хмуро буркнул:

— Да. Причем ведут они в Куйбышев. Там где-то резидент.

— Кто — неизвестно, — сказал я скорее утвердительно, чем вопросительно.

Федоров в значительной мере утратил наигранную веселость.

— Вот именно, — обронил он.

— Записи какие-то?

— Все перерыли, ничего существенного. В телефонной книжке — только наши номера, общеизвестные. Ничего не дали.

— Все держал в памяти?

— Видимо, да, — вмешался Фрэнк. — Немцы их хорошо учили. Были специальные упражнения для развития памяти. Собственно, и сейчас есть, но теперь это рутина, а тогда только развивалось. Но он и сам, надо сказать, не дурак, — сквозь зубы признал он.

— Только со знаком «минус», — отметил я.

— М-да, — промычал Костя, наливая пиво в стакан.

Они решили распить по бутылочке для легкого расслабона, я отказался.

Костя с заметным удовольствием отпил пол-стакана. И сказал:

— Слушайте, ребята. Ситуация серьезная. Серьезней некуда. Связь Рыбина с резидентом потеряна. Искать его по всему Куйбышеву? Занятие скучноватое, мягко говоря. Вопрос: что делать?

— Ну, погодите, — возразил я, — а голова на что? Вернее три головы — и все научные сотрудники.

— Вот, — оживился Федоров, — вот на то и расчет! Мне Пашутин говорит: вся надежда только на вас, на ученых. Этого типа надо вытащить из ниоткуда, слепить из ничего. Здесь ваши мозги нужны! — и он допил стакан.

— Легко сказать… — протянул я. — И что, совсем никаких зацепок?

— Одна. Жидкая как стул младенца, — замысловато сострил Фрэнк. — Этот шофер… черт, как его фамилия? Забыл.

— Бубнов, — подсказал Костя.

— Точно! Бубнов. Тот самый, кого ты огорошил табуретом, — Фрэнк повернулся ко мне, — он говорил, что несколько раз возил Рыбина в командировку в Куйбышев. Вроде бы чисто деловые поездки, но один раз, говорит, заехали в чисто жилой массив. Пятиэтажки, девятиэтажки… И вот, он говорит, Рыбин попросил притормозить возле одного дома, вошел туда и с полчаса отсутствовал. Может, немного больше. Потом вышел, попросил помочь. Поднялись этаж на седьмой, восьмой, точно не помнит. Там два здоровых чемодана. Взяли вдвоем, отнесли в машину. Привезли сюда, занесли в дом к Рыбину. На этом все.