Не хвастаюсь, говорю по факту.
А раз так, вот тебе еще задачка, младший научный сотрудник.
Кто в твоем окружении — секретный сотрудник? Ведь кто-то же есть, точно! Неужто я не разгадаю? И не попробую вытряхнуть из него то, что не договорил шеф контрразведки.
В этот миг я неспешно шагал по березовой аллее. На ней были и скамеечки для удобства гуляющих, почти пустые в выходной день, но я и не подумал сесть. На ходу мне думать сподручнее.
Сработало. Шагов через двадцать я резко остановился. Вскинул взгляд в небо. И торжествующе рассмеялся:
— Да как я раньше-то не догадался!..
Глава 21
И я сразу зашагал стремительно, повернув в нужном направлении
Вот интересная штука: когда ты принял некое решение, начал его исполнять — и если у тебя пошло как по маслу, разные случайности вдруг начали работать в твою пользу, это значит, что решение ты принял верно.
Я к тому, что быстрым шагом идя к цели, я проходил мимо гастронома. И только поравнялся с его крыльцом, как тяжелая стеклянно-металлическая дверь распахнулась, выпустив Сашку Фрэнка с авоськой, содержащей две бутылки пива «Ячменный колос» и еще какую-то снедь.
Случайность? Нет, не думаю!
— О! — воскликнул я весело. — Про волка речь, и волк навстречь!
— Это я — волк? — хмуровато отшутился Санек.
— Отчасти.
Он показался мне каким-то невесело озабоченным. Однако, придется его озадачить дополнительно.
— Александр, есть тема.
— Надолго?
— Как получится.
— Хм! Ну ладно.
— Пойдем, присядем вон на лавочку.
Честно говоря, у меня не было плана разговора. Просто не успел сложить. И теперь приходилось действовать экспромтом.
Присели. Сашка вынул сигареты.
Курил он как-то не всерьез. Сигарету-другую в день, а то и вовсе мог обойтись без табака. А тут вытащил пачку — болгарскую «Стюардессу». Значит, есть душевное волнение.
Я правильно это волнение разгадал. И решил не тянуть.
— Слушай! Я знаю, что все наши приключения… желтого чемоданчика контролировались кем надо. Вопрос: ты был координатором? Так сказать, держал вожжи? Рулил процессом?
Последние фразы я постарался произнести шутливо, чтобы снять естественную неловкость.
Фрэнк задымил сильнее. Молчал. Наверное, соображал, как быть. Решился:
— Ты сам понял? — спросил он глухо. — Или?..
Я хотел было сострить насчет ответа «вопросом на вопрос», но передумал.
— Нет, не или, — спокойно промолвил я. — Наблюдение, анализ — и результат. Не ошибся?
Он долгой струей выдул дым.
— Нет, — сказал кратко. — Скрывать не буду, но и к тебе просьба: не звонить.
— Мог бы и не говорить, — буркнул я. — Не дурак.
Конечно, я не мог сказать Сашке про мой жизненный опыт в двух столетиях. Но этот опыт говорил мне, насколько важна вот эта служба негласных гражданских сотрудников. Ни малейших предубеждений у меня, видевшего два разных общества, не было. Напротив, убежден, что спецслужбы должны вообще носом землю рыть в этом направлении. Я и больше скажу! Каждый нормальный гражданин должен быть своего рода таким внештатным сотрудником. В идеале. Который, конечно, недостижим, но стремиться к нему надо. Я же видел и срам девяностых, и мучительное возрождение нулевых — как результат распада СССР. Он не был идеальным обществом. Но распад стал тяжелейшим потрясением если не для всех, то для абсолютного большинства граждан. Поэтому я стал решительным сторонником сильного государства, стало быть, и умело работающих спецслужб. Умело работающий — значит, имеющих разветвленную сеть поддержки среди населения… а уж как это сделать — профессиональная задача.