— И как сгоняли? — заинтересовался Эштреков. — Выиграли?

— Продули, — грустно произнес вратарь. — Ноль два. Первый мне Хамрин забил, второй…черт, не помню уже, кто. Вылетели, в общем.

Эштреков сконфуженно улыбнулся, досадуя на то, что расстроил Яшина. Ситуацию тут же разрядил Маслов.

— Лев Иванович, не вгоняй в тоску. Расскажи лучше молодым, как вы с Бубукиным и Кесаревым гондоны в Париже проверяли.

— Чего проверяли⁈ — рот разинули все динамовцы.

— Ох, и болтун же ты, Масло! — рассердился голкипер. — А вы чего варежки поразевали? Ну, да, было такое. В шестидесятом, на финале Кубка Европы ребята нас послали хороших презервативов купить. А в аптеке их сотня видов — как поймешь, какие хорошие, а какие — нет?

— Известно, как, — подмигнул ему неугомонный Валерка. — Там, говорят, есть такой специальный квартальчик — Пигаль, называется…

— Сейчас перестану рассказывать! — предупредил Яшин.

На Маслова тут же шикнули, пообещали прибить и умоляюще обратились к Льву Ивановичу за продолжением. Интересно же, чем все закончилось. Тот немного посопел угрюмо, словно решая, соглашаться или нет, но все же дорассказал.

— Ни в какой-такой квартал мы, конечно, не ходили. Слышь, Масло, не ходили! Купили по одной штуке на пробу тех, что заинтересовали больше других, принесли в гостиницу, а там в ванной я в них по очереди воды из ведерка — знаете, в каждом номере под мусор стоит? — вот, из такого и наливал. Те, что лопались — в сторону. А один, который самым крепким оказался, мы уже и закупили на всю сборную.

Ха-ха-ха!!!

— Лева, а сколько, сколько победитель-то выдержал? — поинтересовался сквозь слезы Аничкин.

— Так сколько, — призадумался Яшин, вспоминая. — А, точно, два ведра!

Занавес! С разминки уползали, держась за животы.

Данила перед матчем привычно настраивался на то, что выйдет во втором тайме вместо кого-нибудь из подуставших товарищей. Но жизнь внесла в эти планы свои коррективы. Почти перед самой игрой выяснилось, что Козлов и Еврюжихин играть не смогут. Скосила их начисто какая-то желудочная инфекция.

— В Кировабаде, небось, опять на базаре всяких фруктов напокупали, негодяи, — ярился Бесков. — А в Москве, как обычно в ванную с водой накидали и жрали потом в три горла. Засранцы! Саша, езжай с ними в гостиницу и пулей обратно, — напутствовал он врача команды. — Малой, ты в старте. Вместе с Вшивцевым и Авруцким впереди. Черт, и на замену-то, случись что, некого в нападение поставить — один Эштреков на банке. Что ж, будем надеяться, обойдется.

В принципе, шведы не показали ничего выдающегося. Да они особо и не выкладывались — матч-то товарищеский, зачем надрываться? Москвичи довольно вольготно комбинировали, легко и красиво атаковали, но, на последнем рубеже в этот день в ударе был шведский вратарь. Совсем молодой парнишка — на установке Константин Иванович, сверившись со своими записями, сказал, что ему всего девятнадцать лет, — стоял насмерть.