Около пяти часов девушки задорно фотографировались с пассажирами-неграми на долгую память. Те были в восторге, щелкали затворами фотоаппаратов, угощали коньяком и шоколадками, рассказывали русские анекдоты и пели песни:

— Ми — кочегари, ми и плотники, да… И сожилений горких нет, как нет! Ми — негритянские работники, да… Учились в у-ни-вир-сис-тет!

Когда самолет производил посадку в Каире, интернациональная дружба достигла таких высот, что африканцы из заведения имени Патриса Лумумбы, провожая русских красавиц, совершенно искренне плакали и исполняли совсем грустные, прощальные мелодии:

— Да свиданья, наш ласкавий Мишка, Вазвращайся в свой сказычний лес…

Девочки слали воздушные поцелуи и махали пакетиками, в которые новые друзья напихали шоколада.

Дома они долго изучали карту Египта и вычисляли по масштабу расстояние от Каира до города, где будут работать. Ехать по самым сложным подсчетам предстояло всего три часа. Не то масштаб был неверный, не то математики хреновые, но микроавтобус, в который их посадили, шел семь часов…

Проезжали утренний Каир… За оконным стеклом бурлила интересная, необычная, странная жизнь. Все перемешалось: машины, спешащие офисные клерки, замотанные в платки женщины, многочисленные озорные дети, утомленные солнцем полицейские, телеги с ослами… Люди разгуливали по дороге, автомобили истошно гудели, дети орали, ослы обреченно тащили поклажу. Автобусик еле продирался через эти городские джунгли, а несколько раз, визжа покрышками, вынужденно тормозил из-за того, что какие-нибудь арабские бабули вытягивали вперед руку и смело шагали на проезжую часть, уверенные, что все видели и среагируют соответствующе. За такой трюк в нашей родной стране, пока бежишь с места происшествия без оглядки, неминуемо слышишь столько «приятных» речевых оборотов, что познания в русском фольклоре обогащаются на всю оставшуюся жизнь. Здесь водители невозмутимо ждали, пока бабули проковыляют мимо.

Между автомобилями лавировали разные коробейники, предлагая купить на ходу необходимые в дороге вещи: салфетки, дезодоранты, чехлы для кресел, китайские игрушки, газеты, сладости не первой свежести и сильно пахнущие ожерелья из мелких цветов. Некоторые кидали свой товар внутрь машины и бежали рядом, требуя оплаты. Кое-кто давал им грязные, засаленные бумажки, именуемые в этой стране деньгами, а большинство просто выбрасывало ненужный предмет, нагло залетевший в окно, прямо на асфальт. При любой остановке автобусик с девушками облеплялся торговцами разных мастей, а также калеками, что делали брови «домиком», демонстрировали свои язвы, раны, отсутствующие конечности и изображали хорошо известный жест, название которого потрясающе воспел гениальный квартет «Абба».