На столе росла гора египетской валюты, Псих орал, что Стасик Иринке покажет, как брить усы, девочки отвечали, что скорее Иринка сбреет у Стасика остатки рыжей красы, но уже на голове и заднице, а Нонна проводила в уме анализ встречи: «Вроде проникся. Теперь надо добивать. Можно напроситься в отель. Пройду по пляжу, никто не заметит, а там… Эту ночь он запомнит надолго! Лишь бы жены в отеле не было. Надо спросить Стасика… Кстати, где он?»
Безусый Стасик вломился в дискотеку на всех парах. С засунутым в рот кулаком, вылезшими из орбит глазами и с волосами, что были любовно уложены в начале вечера гелем, а теперь торчали во все стороны, как солнечные лучи на рисунке пятилетнего ребенка. За ним с палкой для беллиданса летела Иринка и ругалась непотребными словами. Из нормальной речи, иногда проскальзывавшей, можно было понять, что Ирина вдалбливает Стасику значение доброй русской поговорки «Заставь дурака…».
Девочки сгребали выигранные фунты. Псих, как всегда, убеждал, что он еще что-то и кому-то покажет, а Нонна занималась аутотренингом: «Он обязательно позвонит. Не может не позвонить! Я самая умная, самая красивая, самая желанная…»
Он не позвонил.
СКАЗКА О ШУСТРОМ КОЛОБКЕ
— Кто со мной в город? — весело спросила Иринка.
По магазинам в отеле они прошлись уже миллион раз. Первое, что удручало — постоянный курортный ассортимент: майки, сланцы, шорты, солнцезащитные очки и сувениры с фараоновской тематикой, произведенные в Китае. Второе — это цены, рассчитанные на туристов, которые обязательно что-нибудь приобретут, даже если сувенир стоит по местным меркам бешеных денег. Туристы-то этого не знают… Что сказали, то и заплатили.
Прожив здесь почти пять месяцев, девочки поняли, что торговля, которая развивалась здесь с незапамятных времен, достигла невероятных высот. Нация торгашей уже просто ради любопытства взвинчивала цены до небес, дабы поиграть с покупателями в неспешный торг-игру «Кто кого надует?». Торговаться надо было везде. Примерный сценарий приобретения той или иной вещи начинался банально: с вопроса «Сколько стоит?», произнесенного небрежным тоном. Вы просто интересуетесь от нечего делать, вещь вам не нужна в принципе, гуляли мимо и спросили без последствия, каким и является, собственно, покупка. Продавец, который только что сидел в магазине, зевал, пил чай и курил кальян, обязательно резко активизируется и назовет цену в два или три раза превышающую ту, за которую планирует продать. Вы цокаете языком, удивляетесь, как это дорого, благодарите за информацию и направляетесь к выходу. Сбросивший с себя остатки сонливости, уразумевший, что светит навар, продавец бросится зазывать посетителя выпить чаю, покурить кальян и поговорить о жизни. Куда торопиться? Не хотите покупать — не надо! Вы же уже друзья! Добро пожаловать в Египет и в его лавку! Вы должны ответить, что вообще-то опаздываете, но что не сделаешь ради уже друга! Даже если этот друг не хочет вам уступить… Друг, конечно, проявит вежливость и спросит, сколько вы хотите заплатить за товар. Вы назовете цену, которая меньше в два или три раза той, за которую планируете купить. Наступит черед цокания языком у продавца. За чаем, чашечкой кофе или трубкой кальяна вы неспешно побеседуете о красотах страны, менталитете и похвалите египетское гостеприимство часок или два, попутно вставляя, что продавец — замечательный человек, но уж очень жадный. В процессе беседы будут меняться расценки и черепашьим шагом вы наконец доберетесь до величин, которые будут почти устраивать обоих. Если продавец упрям и слишком долго застревает на какой-нибудь высокой цифре, не соответствующей вашим планам, вы опять благодарите за все и решительно, но медленно уходите. Двигайтесь много, но хаотично, как будто вы забыли, где выход. Даже если успели выйти на улицу, остановитесь, вспоминая в какую сторону вам идти. Продавец обязательно вас догонит и предложит следующую ставку. Тут уж можно смотреть по ситуации: или вернуться продолжать пить чай, или сказать продавцу, что он — мудак, и с противным, хитрым лицом завернуть в соседнюю лавку выпить чаю с другим другом.