— Конечно, дорогой наш! Мы тебя отправим… потом… Если захочешь…
Псих воспрял духом, задирал нос до небес и, не таясь, посылал работу аниматора на член генерального менеджера:
— Хотите увольнять? Увольняйте! Я и сам давно собирался…
Питер заказал ему билет на тот же рейс, каким летел сам, и пришел попрощаться. Он был благодарен Иринке за содействие и надеялся на продолжение сотрудничества:
— Как приеду, сразу позвоню по поводу наших дел. Но вы тут и про друга моего не забывайте… Один мальчик хорошо, но через месяц понадобится еще.
Нонка с превосходством глянула на Стасика, что тоже вышел провожать Питера и Ашрафа в путь. Тот довольно показал ей большой палец.
— Ну, что ж… Вот мои телефоны, звоните! — пожал Питер девочкам руки.
Псих тоже попрощался:
— Счастливо оставаться! — с противненькой рожей пропел он.
— Попутного ветра в зад! — так же противненько промурлыкали девочки вслед удаляющемуся в аэропорт такси, в котором сидели радостный Ашраф, тыкая в окно средний палец, и Питер, прощально махавший рукой.
Стасик негодующе сплюнул:
— Какое он говно! Вы ему помогли, а он еще и факи показывает! Правда, он не знает, что это вы…
Рядом стоящая Иринка улыбнулась во всю ширь:
— Хорошо, что не знает. Нам благодарности не надо.
— Как это не надо?! Вы ему такой контракт! Ночной клуб! Германия! Знай себе танцуй, как в дискотеке, и греби деньги!!! — рьяно возражал Стасик, недоуменно поглядывая то на Иринку, то на Нонку, что ржали в голос:
— Ага! Такой контракт! Такой контракт! Ночной клуб «Блау хунд»!
— Слава богу, что не «Голубая устрица»!
— Все одно! Все будут счастливы, что к ним приехал такой феномен с размером до Каира…
— Его изумруд с алмазами там никому не нужен, — закатывалась Милка, — замудохается вазелин покупать!
Стасикова челюсть больно шлепнула хозяина по ногам, а когда он ее подобрал и смысл вырисовался в голове яснее некуда, руки сжались в кулаки, а глаза яростно засверкали:
— М-меня т-туда же хотели?
— Ты же сам просил!
— Рвался даже!
— Обижался! — кричали девочки, перескакивая через кустики, оградки и стулья по дороге домой. За ними, горя чувством мести, гнался разъяренный Стасик.
КАК ПЛУТОВКА ХРАБРОГО ЗАЙЦА СПАЛИЛА
Все наводили марафет. Лана красила ресницы второй час и по ним уже смело можно было пускать трактор: чернозем лежал хорошими жирными пластами. Милу красила Иринка, пытаясь «открыть» подопытной глаза, так как у той появились «мешки» вследствие бессонницы. Чего вертелась всю ночь, как кривое веретено, Мила не могла уразуметь и визажист Иринка, держа в одной руке палитру фирмы «Буржуа», колдовала с тенями для век, делая маленький косметический ремонт на лице «катастрофы». Нонна мазюкала губы.