Темнокожий супермен, защитник слабых и угнетенных, ловко орудуя кинжалом для акул, перерезал путы страдальцев, вернув им долгожданную свободу, но вместо благодарности сразу же получил промежь глаз от гневного Психа, что оправдывал свое прозвище, выкрикивая, как поняли узкоглазые от смеха «ниндзя»: «Какого шайтана так шутишь, имбецил?». Благоразумный Стасик бросился грудью загораживать спасителя и орать, что тот не виноват.
Лана, уже не в силах тихо наблюдать, как бодаются Псих и Клоп, расплющивая между ними миротворца в виде Стасика, не удержалась и громко хрюкнула. Псих моментально закинул голову ввысь. Девушки отпрянули от фрамуги, но было поздно: Ашраф вылетел в коридор, как пробка из бутылки.
— Совсем долбанутые, да?!! — гневно заорал он.
За Психом в коридор плавно выплыла, держась за руки, сладкая парочка и, щурясь от яркого солнца, тупо уставилась на крышу, где четыре дамы в черном трико скакали, как давно и безвозвратно слетевшие с катушек пациенты Кащенко.
— Я… Мы вам устроим!!! — пообещал Псих, сделал неприличный жест и лихо подпрыгнул, пытаясь достать до обидчиков, пляшущих на крыше.
— С добрым утром, товарищ спортсмен! Продолжайте тренироваться! — орала Нонка.
— Все выше и выше, и выше стремим мы полет наших крыл… — пела Милка, маршируя и отдавая честь.
В окне Шалуфы показалась рыжая, всклокоченная голова:
— Вам тоже доброе утро, — сказала она и зевнула. — Уже не спим или еще не начинали?
Псих сразу перекинулся на Шалуфу, жалуясь, что русское шоу его достало. Попросил дайвинструктора засвидетельствовать моральный ущерб. Рыжая голова долго смотрела на скачущего, метающего гром и молнии Ашрафа, и перед тем, как скрыться в глубине комнаты, брякнула:
— Дорогой друг! С русскими ссориться нельзя…
— Ку-ку, — неслось с крыши, — может, мистера Юсефа или Тарека позовешь, пожалуешься?
— Не… — возражала Иринка, — иди сразу к президенту Египта.
— Да я вам… — прыгал с кулаками Псих, — вы еще пожалеете!
Нонка в свою очередь тоже пообещала:
— Ладно-ладно! Мы больше не будем с тобой шутить, раз ты такой ранимый, нервный и без чувства юмора. Будем шутить с Мудиком и Ахмедом!
Клоп сонливо прогундосил:
— Со мной тоже не надо. Я буйный… Вон, Стасика обхаживайте…
Стасик не возражал. Он вообще спал, прикорнув на широком плече Клопа.
НЕОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО
— Значит так. Если не можешь сделать первый шаг, стесняешься и вообще чувствуешь себя не в той тарелке, мы пойдем в дайвинг-центр вместе. Очаровательной гурьбой, — Нонна одевала купальник. — Попросим Стасика обучить нас дайвингу, а потом я заболею, Иринка передумает, а Ланка обнаружит у себя боязнь воды. Останешься одна ты. И вот тут уж хлеборезкой не щелкать!