Оруженосец умолк.

— Нечисто там что-то, командир, — продолжил Грегор. — Не может человек в таком состоянии живым оставаться, а боец Алдиром клялся, что у того чужака ноги так прогнили, что кости видно. А он все еще живой.

— Поэтому вы его оставили там под охраной, а ты срочно вернулся в лагерь? — уточнил я.

— Препозитора Петера надобно взять с собой, — продолжил Грегор. — Спирта, как вы учили, еще фартуков. Мы ему буханку хлеба бросили, чтобы не помер раньше времени, я парней там оставил, но наказал на сотню шагов держаться, пока тот чужак в шалаше своем лежит, подходить, только если попробует куда-нибудь двинуться. А сам в седло, и к вам, на доклад.

Время уже было позднее, на улице темень, а ехать нам придется по бездорожью. Выдвигаться сейчас — рисковать переломать лошадям ноги, а самим — свернуть шеи. Особенно, с учетом того, поедем мы груженые, а не налегке. Так что придется ждать рассвета.

— Уверен, что он был один? — спросил я.

— Других следов мы не нашли, все обрывается на том самом шалаше. Один он был, без товарищей, — ответил оруженосец.

— Поешь еще, — кивнул я, пододвигая барское блюдо к Грегору. — И выпей еще вина, на рассвете поведешь нас.

Я всегда ценил Грегора за его расчетливый стоицизм. В отличие от немного трусливого Арчибальда и горячего Ларса, мой оруженосец играл идеальным вторым номером. Не лез впереди старших по званию, но всегда был готов подставить плечо. Делал то, что должно было делать, не жалуясь, не высказывая своего ценного мнения и уж точно не своевольничая. Грегор был тем самым идеальным исполнителем, которых так любили в армии моего родного мира — сначала выполняет приказ, а потом уже обсуждает его правомерность. Единственный сценарий, при котором мой оруженосец мог пойти против прямого указания — его идиотская природа. Либо же он столкнулся с чем-то непонятным и предлагаемые действия могли закончиться плачевно.

Когда его небольшой отряд отправлялся на поиски, Грегору был дан простой приказ: найти людей, которые разводили костры и двигались в сторону Херцкальта. И, очевидно, притащить их в наш кризисный лагерь, для решения их дальнейшей судьбы. Либо же сжечь тела, ведь я подозревал, что именно неизвестные занесли непонятно откуда взявшуюся на севере чуму на мой надел.

Но все варианты действий, которые я предложил Грегору, никак не сочетались с реальностью, с которой столкнулся мужчина. Так что ему пришлось действовать на свое усмотрение и, честно говоря, выбрал он самое правильное решение, не только вернувшись за подмогой, но и отдав здравый приказ двум оставшимся сторожить чужака бойцам.