— А этим ножом можно уничтожить противника? — поинтересовался он.

— Ну, теоретически можно. Но если уничтожать — то кард возьму, — пожал плечами я.

— Так-то ты понимаешь, а про бубен — не понимаешь? Скальпелем не режут хлебушек, мечом не точат карандашики, однако. Одно дело — физрука позвать скоморошицам рожи корчить, другое — деду в бубен стучать! Уважение должно быть! Мембрана из козьей кожи — это недостойно великого шамана олог-хай!

— Это ты — великий шаман? — Я, конечно, в свое время был впечатлен его умением общаться с духами, но чтоб прямо великий… Великий он физически. И иногда, кажется, интеллектуально. Но как шаман — вроде и могуч, а вроде и горы не сворачивает.

— Я-то? Не-е-ет! Это дед, однако! Надо уважить, сделать хороший инструмент… Поможешь? — Тролль проникновенно заглянул мне в глаза.

Когда вам в глаза заглядывает синяя туша килограммов в сто пятьдесят — двести весом и около двух с половиной метров ростом — волей-неволей проникаешься. Тем более это был Хурджин. Хурджин — парень что надо! Наш до мозга костей. За него я — в огонь и в воду, и он за меня — тоже.

— Просто скажи, что от меня требуется. — Я огляделся, убедился, что никто не смотрит, и сиганул через барную стойку.

Тут имелся поддон с песком и турочки — не такие классные, как у меня в Сан-Себастьяне, но вполне приличные, медные. Так что я принялся мутить кофе: вручную смолол арабику и кардамон, плеснул водички из бутыля, сунул джезву в исходящий жаром песок и понемножечку шевелил за длинную деревянную ручку. Когда на поверхности темно-коричневого ароматного снадобья[r1] начала подниматься пенка — тут же снял и разлил по бумажным стаканчикам. Кружечек нормальных тут еще не было, но это — дело наживное.

Тролль все это время молчал и смотрел на меня, насупив брови. Когда кофе оказался у него в руках, выпил его залпом, потом быстро-быстро задышал с открытым ртом, видимо, обжегшись, смял стаканчик, швырнул его в урну, которая стояла в дальнем углу, и выдал:

— Мы пойдем с тобой в Хтонь, добудем ребра, берцовую кость и шкуру!

— Замечательно! — сказал я. — Я так понимаю, что дьявол кроется в деталях?

— Дьявол — он так-то в аду кроется… И зачем нам дьявол? Бубен из него не сделаешь, шкура, однако, жесткая, говорят. Нам нужны ребра — на каркас, берцовая кость для колотушки и шкура — на мембрану! А перышки, раковины и бусинки — это, однако, по пути насобираем. А потом ты мне его разрисуешь, чтобы это был Великий Бубен! — Тролль явно перевозбудился, и вскочил со своих трех стульев, и принялся размахивать руками, так что чуть не разгромил весь бар.