– Ну что вы, Василий Васильевич, я ведь тоже… – пролепетала Вика.

– Можно просто Василий.

– Хорошо. Мы уже почти пришли, в этом доме я живу.

Они остановились у подъезда. Его лицо казалось совсем белым от света синей лампы над входом, но всё равно очень красивым.

– Я так благодарен вашей соседке за то, что она отдала вам билет, – сказал Василий после молчания. – Я нарочно караулил у выхода. Никогда бы себе не простил, если бы проглядел вас. – Он коснулся её руки своей холодной ладонью.

Вика посмотрела на окна второго этажа. Они были тёмными, без единой щёлки света. На кухне, наверно, никого нет – всё-таки час поздний.

И она решилась:

– Вам надо согреться, не хватало ещё простудиться. Идёмте, попьём чаю на кухне, там никого сейчас не должно быть.

Василий с благодарностью согласился, наверно, и правда замёрз. Они вошли в подъезд и поднялись на второй этаж, Вика открыла ключом общую дверь в квартиру. В коридоре, освещённом тусклой лампой, никого из соседей не было, в кухне свет не горел.

– Вы умеете разжигать примус? Тогда разожгите, пожалуйста, а я подруге покажусь. Вдруг она не спит, волнуется.

Серёжка спал на раскладушке, отвернувшись к стене, а Валентина что-то шила при слабом свете настольной лампы, устроившись за неудобным маленьким столиком.

– Вика, наконец-то! – воскликнула она. – Неужели спектакль так долго длился?

– Я пешком шла… Валечка, у нас остался хлеб и сахарин? Надо человека чаем напоить.

– Остался, возьми на полке… А какого человека?

– В театре Василия Васильевича встретила, он меня до дома проводил. Я пригласила погреться.

– Врача из больницы? – ахнула Валя. – Погоди, нам на работе галеты давали… И сахарин с хлебом возьми.

Вика сняла куртку, оставшись в зелёном платье, сложила на тарелку хлеб и галеты и пошла на кухню. Там вовсю шипел примус, чайник весело насвистывал носиком. Василий, уже без куртки, доставал из шкафчика посуду. Вспомнил что-то, полез в карман и положил на стол плитку шоколада «Гвардейский» в красной обёртке. «Гвардейский» стали выпускать недавно, в честь победы РККА в битве за Москву, в сжатые сроки разработав рецептуру.

– Донорский паёк получил, забыл шоколад из кармана вынуть. Очень кстати, сейчас мы чаю попьём! – весело сказал Василий.

Вика заварила сухие смородиновые веточки, купленные на рынке, разлила чай – очень душистый получился, – украдкой поглядывая на врача. Такой красивый мужчина и так просто и скромно себя ведёт, будто не знает о своей привлекательности.

Василий осторожно отпил из чашки, хотел разорвать обёртку шоколада, но Вика опередила: