Не удержалась Лизонька только разочек один. Сидел Силуян Миронов сын в горнице: свежая рубаха, борода чесаная, пояс широкий кожаный с бляхами. Чисто женихаться пришел. Даром что вдовец.
Маланья тоже курочкой квохчет, то подушку Лушину поправит, то пирожков Силе Мироновичу с собой предложит взять. Чай готовить-то некому, а мужику одному в пустой избе голодным сидеть негоже. В общем, очень захотелось Лизе романтизму добавить и в конструктивное русло его вывести, а то так и будут топтаться на месте — традиции.
— Тятя, Мила хорошая, — прошептала Лизавета Лушиным голоском, и глазками хлопнула два раза.
— Дык. Я это. Хорошая, ага. И мне она тоже люба. Да что я, ты, главное, встань, Христом Богом прошу.
Глянь, а кузнец еще и краснеть умеет. Видно, в подготовленную почву семечки сажаем. Вот и будем потихоньку в уши капать. А с Лушей уже Маланье дела налаживать. Нам теперь одна забота — как девчушку поднять. В город пока ехать не судьба, но будем трясти по телефону, и Елену Всезнающую припряжём. Она дама пробивная, подкинет контактов.
Потом Маланья с Лизаветой на пару пробовали с Лушенькой позаниматься. Потихоньку одна ручки-ножки разминала, а вторая изнутри пыталась понять, что чувствует девочка. Казалось, что начинают оживать пальчики на руках. Может, придумалось от большого желания, а, может, и смогут они ребенка вылечить.
— Все, надо отдых маленькой дать. А ты иди уже — козу стереги, да про наш уговор не забудь. Документы на дом в банке забери. Я, чай, не дремучая какая. Ячейку сняла в Фоминске. Ключ за печкой найдешь. Там бумаги и книга моя с рецептами. Прочитаешь, буду у тебя потом экзамены принимать. А пока, свет мой, Лизавета, от тебя ни проку, ни толку. Застряла в девке, как муха в говне. Чего бы стоило ко мне живой приезжать да учиться. А сейчас близок локоток, да не укусишь. Просыпайся уже, нечего бока отлеживать. Книгу, чтоб наизусть знала. Спрошу потом.
— Ба, да ты точно ведьма, а сама-то отнекивалась. Я после того лета думала, ты меня не ждешь, вот и не ездила, — протянула Елизавета, проваливаясь в сонную дрему.
Глава восьмая Где начинается понедельник
Утро начинается не с кофе, а с козы. Лизавета первым делом побежала смотреть на свое рогатое сокровище. Осторожно погладила опустившиеся бока. Почесала за ушком. Сена добавила и булочку вчерашнюю от себя.
— Ты, пожалуйста, не рожай пока. Я не готова еще. Вот найдет нам тетя Лена хорошего ветеринара, тогда и будем думать. Ну, пожалуйста… — упрашивала она свою лохматую подругу.
Коза доверчиво тыкалась теплой мордой в руки, лезла по карманам в поисках крошек, смотрела прямоугольными, как у осьминога, зрачками и вздыхала тяжело.