— Да, но…

— Лечи ты меня. Твою работу я видел, а знахаря твоего знать не знаю, — он остановился и снизу вверх заглянул мне в глаза. — Я ведь много прожил и людей с одного взгляда вижу. Хорош ты, малой. Силы в тебе есть. Лечи.

Я засомневался, ведь лишь немного увеличил уровень энергии за счет помощи женщине. Однако старик с такой надеждой смотрел на меня, что я не смог отказать.

— Ладно, но только не здесь.

Я завел старика за угол дома, взял его ладонь и, вспомнив все его болячки, выбрал несколько подходящих рун. Первым делом изобразил руну «Облегчения боли». Она поможет избавиться от боли в суставах и в застарелой ране. Затем нанес руну «Чистоты» и только в конце «Исцеления». Каждая из них сработала, усиливая действия друг друга. Однако даже три руны оказались неспособны полностью излечить давнишние стариковские раны, поэтому шар энергии ко мне не вернулся.

— Ух ты! И впрямь лучше стало. Что ж ты сделал-то? — старик присел несколько раз, сжал кулаки, повертел головой и дотронулся до шрама.

— Вылечил, — пожал я плечами.

— Как это лечил? Ведь только пальцем водил, — он подозрительно прищурился, разминая шею.

— Я рисовал руны. Они вам помогли.

Мне почему-то хотелось открыться перед этим стариком. В конце концов, ничего предосудительного я не делал. Рано или поздно мне придется выйти из тени и заявить о себе.

— Не знаю, что это за руны такие, но они и впрямь помогли, — с довольным видом улыбнулся он. — На, держи.

Старик протянул мне мятую купюру в один рубль и насыпал в ладонь несколько монет. Я не стал отказываться от денег и, поблагодарив, проводил до калитки. Проходя мимо окон дома, заметил Ерофея. Он настороженно наблюдал за мной. Руночерть задери! Неужели он все видел?

— Кто следующий? — я обвел взглядом гудящую толпу.

— Я, милок. Иду-иду, — ко мне торопливо двинулась сгорбленная старуха. — Милок, как тебя зовут-то?

— Степан.

— Отца моего Степаном звали. Хороший был человек, — она поправила платок и остановила меня, схватив за руку. — Я ведь жуть как боюсь лекарей. В первый раз иду. Побудь со мной, а? У тебя глаза такие добрые. С тобой не так страшно будет.

— Не волнуйтесь, я буду рядом. Да и знахарь знает свое дело.

Старуха продолжительно выдохнула, с кряхтеньем поднялась на крыльцо и зашла в дом, не отпуская мою руку.

Ерофей ничего мне не сказал, но я перехватил его настороженный взгляд. Он явно видел, как мы вышли со стариком из-за угла дома.

— Присаживайтесь, уважаемая, — Ерофей указал старухе на стул, а мне кивнул на таз, куда пускал кровь предыдущей женщине. — Убери пока. Потом сразу назад, и чтобы больше не отвлекался. Понял?