Но пока радоваться было рано.

Из открытого окна второго этажа (там тоже висели тяжеленные ставни, запираемые изнутри деревянными задвижками!) донёсся лай. Глухой, низкий, как у пса, который не гавкает просто так — только по делу.

— Гандар… Дам’марак! — выругался я, выбираясь из двора обратно на крышу соседского сарая.

Значит, псина…

Псина это плохо… Но не смертельно!

Нужно всего лишь раздобыть мясо… Какой-нибудь жирный кусок, чтобы пёс не учухал подвох — и начинить его сонным зельем. Можно купить что-то прямо в Вороньем гнезде — в аптеках каких только ядов не продают! Затем дождаться, когда из дома все уйдут, вскрыть заднюю дверь — и полдела сделано!

Кстати насчёт «всех»…

Вернувшись через час с небольшим к дому, я подкрался к открытому окну кухни — как раз, когда книжник вернулся. Старая служанка ворчала, разогревая похлёбку:

— Завтра вы уезжаете рано, хозяин?

— Да, — ответил книжник, гремя посудой и наливая себе вина, — Так что лавка будет закрыта. Могу я, в конце-концов, позволить себе выходной⁈

— Конечно, хозяин! Я всегда говорила, что ваши головные боли — всё от этих книг! Столько времени за ними проводите! А морской воздух и прогулка в заливе будет вам только на пользу!

— Ну всё, всё, Катрин, хватит меня поучать! Заканчивай сегодня здесь, завтра утром приберёшься, и вы с Марком можете быть свободны до послезавтра. Дом запрёте сами, только Рвача покормите перед уходом, ему придётся долго торчать одному.

— Спасибо, хозяин. Конечно, мы всё сделаем!

Марк, значит… Второй слуга. И Рвач — собака.

Очень оригинально…

Ну, в целом, я узнал всё, что нужно, и план ограбления уже выстраивался у меня в голове. Хреново, что придётся обыскивать весь дом в поисках денег, но… У меня будет полно времени.

Закончив со слежкой, я обошёл квартал, запоминая каждую щель, каждый проулок, каждый поворот и тупик. Стража проходила рядом с лавкой раз в два часа — лениво, не особо глядя по сторонам.

Путь отхода был ясен: через заднюю дверь, сеть дворов и переулков, в сторону Трущоб.

Оставалось только мясо и зелье.

Я сунул руку в кошель, пересчитал последние медные монеты.

Хватит.

В ближайшую аптеку соваться не стал — просто на всякий случай — так что нашёл лавку за пять кварталов от дома книжника.

Там пахло травами, толчёными костями и чем-то горьким. За прилавком сидела худая женщина с жидкими серыми волосами и синими прожилками на руках.

— Тебе чего? — буркнула она.

— Нужно зелье. От крыс.

Она прищурилась.

— Ты по виду беспризорник. Не поверю, что настолько тупой, что решил травить их у себя в канаве, ха-ха-ха! — женщина зашлась смехом, и тут же закашлялась, — Чего тебе надо на самом деле, малец?