Идущий за флагманом «Кинг Джордж» чётко держался в кильватере… третий «Энсон» почему-то вывалился круто влево, несколько скомкав эскадренный строй, однако быстро восстановив линию. Сосредоточенный адмирал на эти незначительные неувязки не отреагировал, словно не заметил.
Г. Мур уповал на выучку моряков Королевского флота. И на собственную компетентность. Иррациональной была лишь санкция на стрельбу осветительными снарядами из универсальных орудий, явно всё ещё не добивающих до места противника.
Скривился, поневоле драматизируя:
'Непрофессионально. Поддался вбитым шаблонам устава ночного боя. В том числе от недоверия к персоналу радарных устройств, указавших, на первый взгляд, слишком противоречивые данные удаления до русских.
Да чтоб меня! Мне просто в этой чёртовой черноте нужна была хоть какая-то привязка, хоть какая-то ясность, визуальный ориентир. «Пять, двадцать пять»[142] , в отличие от главного калибра, быстрей зарядить, быстрей башни развернуть и выстрелить… хотя бы в направлении.
И всё же непрофессионально. Впрочем, никто из подчинённых и словом поперёк не обмолвился. Попробовали бы…'.
С крыла «Кондора»
— Срочное сообщение сигнальной вахты о зафиксированных вспышках стрельбы со стороны противника!
— Ёшь твою! — запальчиво ругнулся Скопин, — быстро же они!
Под вражеским огнём, следующий в кильватере вслед за линейными кораблями крейсер, за кого бы там его не принимали операторы британских радаров (за авианосец?), в любом случае подвергался серьёзному риску. С Левченко у них было всё расписано и оговорено — с первыми ответными выстрелами «Кондор» от греха уходит в сторону. Каперанг видел боковым зрением напрягшегося старпома — тот ждал соответствующего распоряжения, коли уж командир встал «у руля».
А Скопин молчал. На поверку незамедлительная реакция англичан заставляла усомниться в том, что их удалось застать врасплох, однако что-то ему подсказывало — не могли они, пусть и обнаружив цели так быстро, выдать артиллерийским расчётам прецизионные параметры. Полагая — пальба неприцельная, скорей на дурака. И не ошибся.
Вопреки ожидаемого накрытия, недолёт вспухших осветительных снарядов не дотянул до места эскадры несколько километров. Потому и не ударил по глазам — озарился лишь может ненамного ярче полнолунного. Тем не менее, оказавшиеся на их фоне «Союз» и «Кронштадт» очертило, словно вырезанными из бумаги чёрными силуэтами… и далее, по мере опуская парашютирующих горящих «люстр», играющих свето-тенями.
— А наш старик Мур там козла всё же дал, поспешил, — осклабился Геннадьич, даже хохотнув, порывисто и зло — нервишки пощекотать успело.