Мнение полковника я уважала, и в таком деликатном деле не спросить его, было бы кощунством. Тем более после того, как выяснилось, что он оборотень. Я не знал точно, откуда способности Моры чувствовать поганую магию. Может, дело в том, что она оборотень? Тогда и Гаррет может что-то чувствовать?

Гаррет посмотрел на меня, потом на Клариссу. Она, судя по всему пока не догадывалась кем являлся полковник на самом деле.

— Не хотел говорить, — признался он тихо. — Но она мне никогда не нравилась. С самого начала.

Кларисса побледнела.

— Почему?

— Не знаю, — ответил Гаррет. — Слишком сладко говорит, слишком приторно. Это всегда казалось мне… неестественным.

Кларисса схватила его за руку.

— Вы могли сказать раньше?

— А вы бы поверили? — спросил он. — Вы ее любили как дочь.

Кларисса замолчала, отводя взгляд. Потом тихо сказала:

— Я и сейчас ее люблю. Но боюсь.

— Это не страшно, — ответил Гаррет. — Страшно — закрывать глаза и ничего не делать.

Я открыла ворота и мы вошли во двор.

Полковник ушел проверить своего коня. Мы с Клариссой зашли на кухню с улицы. Матушка сразу ушла к себе, стараясь не смотреть на Фелисити, которая крутилась на кухне.

— Кузина, тетушка! — пропела Фелисити. — Вы ходили на прогулку, а что меня не позвали.

Кларисса уже вышла в коридор, не стала задерживаться и правильно. Я ответила за нас обеих.

— Матушке с утра захотелось свежего лесного воздуха, мы не стали тебя тревожить, ты же у нас боишься леса, — ответила я холодно и даже выдавила улыбку.

Фелисити едва заметно поджала губы и сдавленно улыбнулась.

Я не стала терять время и сразу же направилась к Корвину. Он нашелся в своей гостиной, сидел в полумраке у камина.

Дверь была открыта и я постучала по косяку привлекая к себе внимание.

В комнате было темно. Шторы задернуты, только камин горел, отбрасывая пляшущие тени на стены. Корвин сидел в кресле, ворот его рубахи был расстегнут, он смотрел в огонь пустым взглядом.

Невольно я вспомнила о вчерашнем поцелуе, как мои руки касались его твердой груди, как его ладони гладили мою спину, а его губы…

Черт возьми, я думала, что не вспоминать об этом будет проще.

— Отдыхаешь? — спросила я и, не дожидаясь разрешения войти, прошла к свободному креслу напротив Корвина.

Опустилась в него, откинувшись на спинку. Корвин наоборот напрягся и сменил вальяжную позу на более собранную.

— А что еще мне остается делать, — отозвался он. — Что-то случилось? Я думал ты придешь вечером…

Я постучала пальцами по подлокотнику кресла, собираясь с мыслями.

— Корвин, мне нужно с тобой поговорить. Давно нужно было. О Фелисити, и о том, за что меня изгнали в этот замок.