Прильнул к стене, пряча дыхание. Сердце било тревогу прямо в уши.

— Алекс, я не фиксирую звуков движения. Это… странно. — Вейла говорила с редкой для неё тревогой. — Он должен быть рядом. Но будто… растворился.

— Вейла, они теперь пацифисты? — попытался я выдавить ироничную реплику, но голос дрожал, и от боли в боку шутка прозвучала неубедительно.

— Не смешно. Совсем. — отозвалась она. — Помни про слабые места — это глаза, сочленение суставов. Поражения области шеи и грудной клетки в районе солнечного сплетения показывали эффективность в семидесяти процентах случаев. Но главное не теряй бдительность. Я… волнуюсь.

Меня это удивило.

— Ты… правда волнуешься?

Я не успел услышать ответ.

Рёв. Прямо за углом. Резкое движение. Снова этот живучий ублюдок! Вот только у него прямо из ключицы торчал мой прут, который застрял после недавнего столкновения.

Я отпрыгнул вбок совсем не разбирая своих действий. Вынужденно наугад рассёк пространство перед собой, чтобы хоть как-то замедлить противника. Лезвие ножа описало дугу в воздухе. И почувствовал плотное сопротивление, как если бы резал резину, скользкую, вязкую, сопротивляющуюся. Существо взвизгнуло.

Его тело заискрилось изнутри пульсирующим пурпуром, точно в нем текла плазма, а не кровь.

Удар в ответ прошел вскользь. Руку свело. Нож едва не вылетел.

— Алекс! Поворачивай! Быстро!

Я сделал выпад на встречу. Лезвие ушло в шею твари. На этот раз глубоко. Из моей глотки выходил истошный крик, вкладывая все мыслимые силы в одно движение. Монстр старался отшатнуться от меня, силясь уйти, пытаясь сбросить добычу, которая должна служить едой. Но я не давал ему этого сделать, крепко вгрызаясь хлеборезом, и плотно обхватывая прут в попытках удержать тварь от побега.

В такой недолго борьбе мы вместе снесли полку с банками, которые с битым звоном разлетелись рядом с нами. А мои руки, сжимающие оружие, все глубже вгрызались в плоть. Пока монстр окончательно не затих.

Он снова рыкнул. Но уже… иначе. Сдавленно. С хрипом. Умирая.

Секунда. Две. Пять.

Его тело начало растворяться жидкой массой.

Только следы предыдущего боя выдавали всю тяжесть произошедшего. И восемь лежащих на полу кубиков.

— Ты в порядке⁈ — почти выкрикнула Вейла.

— Не уверен. Но пока жив.

Я выдохнул. И, смеясь сквозь боль, опустился на пол.

Продолжать исследование седьмого этажа оказалось куда проще, чем я ожидал до этого. Монстров больше не встречал, ловушек и подавно не было, а вот находок стало неожиданно больше. В первой же квартире меня встретили две бутылки воды — пусть и не холодной, зато без запаха и плавающих сюрпризов.