Я подошёл к туше. Ударил первый раз. Кожа тугая, как мокрая парусина. Второй раз клинок вошел глубже. Разрезал плотно, с натугой, будто вскрывал спрессованный мешок с сырой тканью. Жидкости внутри хлюпали под лезвием, а неприятный запах ударил в нос такой, что даже Вейла в голове поёжилась.

— Ну и запах… — выдохнул я. — Эта тварь точно не веган.

— Алекс, просто продолжай. Ты почти дошёл.

Наконец, под лезвием что-то хрустнуло, и я увидел серо-белый полупрозрачный кристалл, вросший между грубыми мышечными жгутами. Он пульсировал слабо, будто доживал последние секунды.

— Вижу. — я осторожно поддел его клинком и вытащил. Тепло. Как будто внутри ещё кипела энергия. Удивительно, но она не обожгла ладонь. Наоборот, очень приятно вибрировала.

— Есть контакт. — сказал я, убирая кристалл в отдельное отделение рюкзака.

— Умница. Но теперь поднимайся. Нам же нужно кое-что сделать. Помнишь?

Я поднял взгляд. Лестница, которую мы так артистично уничтожили, зияла пустотой. Половина пролёта висела в воздухе. Оставшиеся балки шатались, как старые зубы.

— Отлично. — пробормотал я. — Скала, блядь, Алекс Джонсон.

— Только не геройствуй. Медленно. Аккуратно. Ты ещё не восстановился.

Нашёл, где бетон обломался с уступом, зацепился рукой. Подтянулся. Спина звонко хрустнула. Нога соскользнула вниз, но кое-как я удержался.

— Черт. Прямо как на физ-ре в школе, только без мата, и злого физрука.

— Алекс… если ты навернёшься, я тебя прибью. Потом воскрешу обратно — и снова прибью.

Я хохотнул сквозь боль. Этот голос, даже ворчащий, сейчас был как спасательный круг. Интересно, как она собиралась меня прибить? И самое главное, как собиралась воскресить?

Путь вверх оказался настоящей пыткой. Каждый шаг был вызовом. Пальцы впивались в трещины, ладони скользили по пыльной арматуре. Колени содраны, а с ними и джинсы. Спина вся мокрая от пота, каждый вдох будто стеклом по лёгким. Один раз я соскользнул так, что сердце пропустило удар, но каким-то чудом опять удалось зацепиться. Последний рывок, и я вполз на площадку четвёртого этажа. Грудь ходила ходуном, но я знал, что самое тяжёлое позади.

Дальше уже была нормальная лестница. А там и до квартиры рукой подать.

Как только я ввалился внутрь, не разуваясь и не раздеваясь, первым делом рванулся к бутылке с водой. Грязные пальцы дрожали, но я удержал её, сильно сминая и превращая в пластиковое нечто. Три глотка — и пусто. Три глотка — и будто воскрес.

— Тебе бы снимать рекламу питьевой воды. — усмехнулась Вейла в голове. — «Очистит даже твою душу».

— Очень смешно. — прохрипел я, но сам чуть не рассмеялся. — Но сейчас мне нужно смыть с себя хотя бы верхний слой грязи и пыли.