— Так. так… — Гладилин усердно записывал. — Привлечены в качестве специалистов…

— Под поручительство товарища Семашко А Эн! — усмехнувшись, подсказал Николай Александрович. — Член РСДРП (б) с 1903-го года.

— Э… здасьте… — с улицы вошли двое парней, ведомые бравым Семеном.

— А вот еще наши! — обрадовано воскликнул Красников.

Сергей Сергеевич поднял глаза:

— Садитесь, товарищи. С сегодняшнего дня оформляем вас в штат! Если, конечно желаете…

— Конечно же, желаем! — Семен отозвался за всех. — А что значит — в штат?

— А то, что теперь вы — кадровые сотрудник милиции, а не какие-то там добровольцы! — тут же пояснил Виктор.

Парни восторженно переглянулись.

— С этого дня вам положен паек, — поощрительно улыбнулся Гладилин. — Табельное оружие и небольшое денежное довольствие. А со временем — и форма.

— Паек!

— Довольствие…

— Форма…

Сергей Сергеевич постучал по столу:

— Так, товарищи! Коли хотите служить народу — пишите заявление. Да, и познакомьтесь с вашими новыми коллегами. Они вас много чему научат.

* * *

— Телеграмма? Срочная? — патлатый телеграфист Викентий смахнул упавшую на глаза челку и утвердительно кивнул. — Ну да, приносили такую. Про каких-то мятежников. Как раз этой ночью, в мое дежурство. Вообще-то, я и не должен был дежурить, но, понимаете, у сменщика супруга заболела, а тот в городе и…

— Викентий Андреевич! — кашлянул доктор. — Кто телеграмму принес?

— Не поверите — ребенок! — телеграфист громко расхохотался, показав редкие желтоватые зубы. — Небольшая такая девочка. Совсем.

Он показал рукой, какого роста была девочка. Выходило — сантиметров тридцать. Ну, мало ли, чего напутаешь — все-таки ночь была.

— А как думаете, в школу эта девочка ходит?

— Да ходит, — Викентий, не задумываясь, покивал. — Вежливая такая вся! Вошла, говорит — здравствуйте! Можно ли от вас телеграмму срочную? Ясно — в школе училась. Дома-то так говорить не научат.

— А светленькая она? Темненькая? С косичками?

— Да в платке! Зеленый такой платок, штапельный, с рисунком… желтенькие такие кружки, коржики, птички. В Зареченске, на ситцевой мануфактуре такую ткань еще до войны делать начали. Германские технологии! Я почему знаю: у моего брата жены подруга…

— Викентий Андреевич! А, кроме платка? Еще что-то заметили? Ну, платье там или что?

— Так армячок на ей был. Ну, как все дети бегают. Ночью-то холодновато.

Как ни пытал доктор, чего-то большего от станционного телеграфиста добиться, увы, не удалось. Видать, спросонья был, да и вообще — что ему за дело до какой-то там девчонки.

— А не странно, что девочку по такому делу послали?