Злата замерла, и в её глазах азарт смешался с легким испугом.
— Одной спальни?..
— Именно. И у нас есть чуть больше суток, чтобы стать идеальной парой, которая знает друг о друге всё. Садитесь, Злата Олеговна. Мы начинаем экстренный аудит наших биографий.
Они провели в гостиной почти всю ночь. Среди разбросанных фотографий, чашек с остывшим кофе и наспех сделанных записей.
— Еще раз, — Кирилл потер уставшие глаза под очками. — Твой первый питомец?
— Кот Барсик, рыжий, пропал, когда мне было шесть, я плакала неделю, — быстро ответила она. — Твоя первая серьезная неудача?
— Провал на олимпиаде по математике в восьмом классе. Я занял второе место, — Кирилл скривился, как от зубной боли.
— Зануда… — прошептала она. — Ладно. Где мы впервые поцеловались? Нам нужна общая версия.
— На набережной? — предложил Кирилл.
— Нет, слишком банально. Давай скажем, что это случилось в твоем кабинете, когда я принесла тебе отчет, а ты… ну, хотя бы на секунду перестал думать о прибыли.
Они спорили, смеялись, придумывали «свои» шутки и кодовые слова. Голос Златы становился всё тише.
— Я труп… — едва слышно произнесла она.
Её глаза невольно закрылись, и в следующую секунду её голова тяжело опустилась Кириллу на плечо. Он замер, боясь пошевелиться. Его плечо, привыкшее к весу дорогого сукна пиджаков, теперь ощущало мягкость её волос и тепло дыхания. Через минуту он услышал её ровное, глубокое сопение.
Кирилл сидел неподвижно еще минут пять, глядя на Арнольда и Геннадия, которые в полумраке казались единственными свидетелями его капитуляции.
— Злата? — тихо позвал он.
В ответ она лишь что-то невнятно промурлыкала и теснее прижалась к его руке. Кирилл вздохнул. Оставлять её на диване было «непродуктивно» для её спины, а будить — опасно для его душевного равновесия.
Ему ничего не оставалось, как осторожно подхватить её на руки. Она оказалась удивительно легкой, почти невесомой, несмотря на свой взрывной характер. Когда он нес её по коридору, Злата инстинктивно обхватила его за шею во сне, уткнувшись носом в изгиб его плеча. У Кирилла перехватило дыхание, а калькулятор в голове выдал окончательный сбой.
Он аккуратно опустил её на кровать в её комнате. Злата тут же свернулась калачиком, подтянув колени к груди, и что-то довольно пробормотала под нос.
Кирилл не ушел сразу. Он стоял в дверях, глядя на этот спящий «ходячий ураган». Без своих ироничных стрел, без каблуков и колючих шуток она выглядела беззащитной и… очень милой. Даже слишком.
«Как в одной женщине может помещаться столько хаоса и столько тишины?» — подумал он.