Им наконец удалось освободиться от пододеяльника. Злата схватила одеяло, закуталась в него как в спальный мешок и отвернулась от Кирила пробурчав.
— Спокойной ночи, «тигр». Смотри, не зарычи во сне, а то Аполлон вызовет полицию.
Кирилл закрыл глаза, чувствуя, как его лицо до сих пор горит. Но где-то в глубине души он признал: эта «акустическая атака» была самым веселым моментом с тех пор, как они покинули Эмираты.
Утро оказалось куда хлеще вечера. Когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, выяснилось, что одна кровать — это всё-таки одна кровать, и законы физики, а также «чай для любви» плевать хотели на условия контракта.
Кирилл открыл глаза первым. Он уже успел оценить всю пикантность их позы и, почувствовав, что Злата заворочалась, даже не подумал убрать руку. Напротив, он замер, ожидая её реакции и предвкушая возможность поиздеваться.
Злата проснулась от мерного, успокаивающего стука сердца. Лишь спустя пару секунд она осознала, что её голова покоится на груди Кирилла, его рука собственнически обнимает её за плечи, а её собственная нога уютно закинута на его бедро.
Она распахнула глаза. На её лице промелькнуло искреннее удивление, которое на долю секунды сменилось смущающей мягкостью — она еще не успела включить «режим защиты». Но стоило ей окончательно прийти в себя, как в глазах вспыхнуло негодование.
Кирилл решил подлить масла в огонь.
— По-моему, кто-то продолжает испытывать позы, — усмехнулся он, обжигая её взглядом.
— Если ты не замолчишь, я за себя не ручаюсь, — прошипела она, пытаясь высвободиться из его объятий.
— И что ты сделаешь? — Кирилл приподнял бровь, явно наслаждаясь её бессильной яростью.
— Я всё расскажу! — выпалила Злата. — И не побоюсь никакой неустойки. Твоя мама узнает правду прямо сейчас!
Глаза Кирилла мгновенно сузились, а улыбка стала опасной.
— Правда?
- А ты, хочешь проверить?
Он молчал, смотря на нее с вызовом. Злата, проявив проворность кошки, резко вскочила на четвереньки. Она попыталась быстро перешагнуть через него, чтобы одним прыжком оказаться у двери, но Кирилл разгадал маневр. Как только она оказалась на нем верхом, он жестко перехватил её за талию, пригвождая к себе и не давая ускользнуть.
— Пусти меня! — слишком громко вскрикнула Злата, потеряв равновесие и сев на него верхом.
И не успели они опомниться, как дверь распахнулась. На пороге стояла свекровь с таким сияющим лицом, будто она только что выиграла в лотерею. Картина была красноречивой: Злата верхом на Кирилле, оба растрепанные, раскрасневшиеся, глаза мечут молнии.
— Ой... — свекровь всплеснула руками, и на её губах расплылась блаженная улыбка.