— Мама, — мягко произнес Кирилл, откидываясь на спинку стула, — не дави на Злату. Она у нас натура тонкая, после вчерашней «смены позиций» ей нужно восстановить силы, а не обсуждать эстетические школы.
— Вот именно! — подхватила свекровь. — Поэтому сегодня никакой работы. Только отдых, витамины и… — она заговорщицки понизила голос, — и побольше горизонтального положения. Без падений, желательно.
Злата сделала глоток обжигающего кофе, мечтая, чтобы в этот момент в системе Стаса действительно случился какой-нибудь катастрофический баг, который заставил бы всех немедленно разойтись по рабочим местам.
Кирилл, хоть и держал дистанцию, прекрасно считывал состояние Златы. Он видел, как она сжимает кружку, и как на её лице застыла вежливая маска, за которой скрывалось желание либо расплакаться, либо кого-нибудь придушить. Наблюдать за её мучениями было забавно первые пять минут, но теперь это становилось опасным для их легенды — Злата была на грани срыва.
— Мама, Стас, я боюсь, что ваш энтузиазм лишит нас кислорода, — Кирилл встал, отодвинув стул. — Злате нужно подышать свежим воздухом после вчерашнего... чаепития. И мне тоже.
Он перевел взгляд на Злату, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Собирайся. Поедем в парк, — скомандовал он. — Без компьютеров, без багов и, — он выразительно посмотрел на мать, — без обсуждения демографии.
Злата в душе была ему так благодарна, что едва не выронила кружку. Это был спасательный круг, брошенный в самый нужный момент.
— Да, отличная идея, — быстро согласилась она, стараясь не выказать слишком явного восторга от возможности сбежать.
Они вышли в прихожую под ободряющие напутствия свекрови о том, что «ходьба очень полезна для кровообращения в органах малого таза». Когда дверь квартиры наконец закрылась, и они оказались в тишине лифта, Злата прислонилась лбом к прохладному зеркалу и шумно выдохнула.
— Спасибо, — честно сказала она, глядя на отражение Кирилла. Тот стоял, засунув руки в карманы, и внимательно наблюдал за ней.
— Не обольщайся. Я спас не только тебя, но и свои уши от лекций по истории искусства в контексте нашей спальни, — хмыкнул он.
Злата повернулась к нему и, вопреки их «холодной войне», слабо улыбнулась.— Знаешь что... Сегодня объявляется временное перемирие. Один день без едкостей, без контракта и без упоминания Эмиратов. Я готова идти куда угодно, хоть в поход на Эверест, лишь бы подальше отсюда.
Кирилл усмехнулся, нажимая кнопку первого этажа.
— Перемирие принято. Но учти, если ты начнешь цитировать трактаты о правилах создания семьи, я сдам тебя маме обратно.