Игра, которую я написал, получилась изумительной и очень реалистичной. Надо отдать должное нашим девочкам-художницам — они потрудились на славу, отрисовали все мельчайшие подробности, которые мне удалось восстановить в памяти. Вчера я даже попробовал поиграть. Надел виртуальные очки — и пошел гулять по улицам старой Москвы, испытывая невероятную, щемящую душу ностальгию. Было прямо-таки реальное ощущение того, что я гуляю не холодным зимним днем, а жарким летом — с меня прямо градом катился пот. И одет я был как-то странно… Что, надеюсь, Максу мои правки понравятся, и он, может быть, даже премию выпишет. Будет на что хорошенько гульнуть во время отпуска. А летом мы снова всей командой собираемся на выезд в Шерегеш, только теперь уже не кататься, а опробовать что-нибудь другое. Погуляем по эко-тропе, покупаемся, зайдем на Око Шории… Свежий ветерок, запах тайги, потрясающие виды с гор… Как же все-таки хороша и интересна жизнь!

Однако вместе приятного кожаного чехла с моими инициалами, сделанного вручную для моего смартфона на заказ мастером-кожевенником, пальцы нащупали только стеклянный графин с водой, стоящий на старой деревянной тумбочке. Рядом с тумбочкой стоял брошенный на пол рюкзак, который я вчера еле допер, перекидывая с плеча на плечо. Я так не удосужился вчера посмотреть, что там такое. Неужели в армии я постоянно таскал на себе такие тяжести? Может, поэтому я и раздался слегка в плечах? Или просто повзрослел?

Я окончательно все вспомнил. Вчера я, решив попробовать поиграть в придуманную мною же игру, основанную на воспоминания от моего прошлого путешествия в восьмидесятые, каким-то чудом снова попал в эту атмосферу. Сейчас на дворе — жаркий август 1988 года, мне уже чуть-чуть за двадцать, я успел повзрослеть и отслужить в армии, только почему-то неполных два года, и сейчас я, неожиданно для самого себя, приехал работать вожатым в подмосковный лагерь «Юность».

В комнате было душно и очень жарко. Перед сном я так и не проветрил помещение, нарушив санитарные нормы. На второй кровати спал кто-то взлохмаченный и очень знакомый. Из-под одеяла высовывалась волосатая нога.

— Валька? — неуверенно позвал я.

Приятель открыл глаза, потянулся и спросил хриплым ото сна голосом:

— Вставать, что ли? Чего ты на меня уставился, впервые видишь?

Я быстро кинул взгляд на настенные часы.

— Да не, десятый час только.

Валька подскочил на кровати, как ужаленный, надел шлепанцы и забегал по комнате.

— Десятый час! Вот же…! Проспали! Ну все, сейчас Галька нам нотации начнет читать. Ты будильник не завел, что ли?