Принц не менее пристально взирал на полковника, но так и не сумел заставить его смутиться и опустить взгляд.

— Оставь нас, мой добрый Хафиз, — проговорил он наконец. — Я прекрасно знал почтенного отца нашего гостя. Я качал уважаемого Мухаммеда на коленях, когда он был совсем маленьким. Не думаешь же ты, что мой драгоценный гость способен причинить мне вред?

А вот в этом братья были похожи — в том, что, несмотря на разницу в темпераменте, всегда поступали по-своему, даже невзирая на риск и настоятельные советы опытных царедворцев.

Аль-Мешгад не стал перечить своему сюзерену. Коротко поклонившись, он вышел из зала, и следом за ним направились рядовые телохранители принца.

— Итак, мой добрый Али, — произнес Рашад, когда ворота за ними закрылись, — теперь мы говорим без свидетелей. В этом помещении нет подслушивающих устройств, даю вам слово Сауда. О чем вы хотели побеседовать со мной?

Полковник несколько мгновений молчал, собираясь с духом.

— Ваше Высочество! — наконец начал он. — Прошу простить меня, что пока еще не могу величать вас тем титулом, которого вы воистину достойны…

— Оставьте эту верноподданническую мишуру, полковник, — прервал его принц. — Переходите к сути, у меня не так много времени.

— Позвольте мне быть с вами предельно откровенным.

— Я весь внимание, полковник. Откровенность — это та роскошь, которой непросто добиться от людей, когда стоишь на одной из высших ступеней иерархической лестницы. Откровенность с вашей стороны я могу только приветствовать.

— Ваше Высочество, вы наверняка следите за тем, что происходит в королевстве. И, полагаю, вы отдаете себе отчет, что Аль-Сауди все больше отдаляется от заветов Пророка и тех священных принципов, на которых строил государство ваш благородный отец, да приветствует его Аллах в райских садах джанната.

— Безусловно, я наблюдаю за политической обстановкой, и мне нравится далеко не все, что происходит. Но я не вполне понимаю…

— Ваше Высочество! — Мухаммед с головой бухнулся в омут. — Королевство нуждается в переменах. Только не в очередных безумных реформах, а в консервативной реставрации. Ваши подданные жаждут возвращения к постулатам правления великого короля Абдаллы.

— Мои подданные? — удивился Рашад. — Это подданные моего брата…

— Именно ваши! Среди высокопоставленных военных достаточно людей, крайне недовольных сложившимся положением вещей. Нижние слои офицерства, судя по настроениям, готовы поддержать нас, среди рядовых воинов брожение. Мы можем выступить против антинародного режима Абдельмаджида. И мы готовы поддержать на престоле достойного продолжателя королевской династии, который способен повести наше государство к новым сияющим высотам…