— Да вы мятежник, полковник Мухаммед! — Принц прищурился.

— Пока нет. Мятежником был мой отец, которого вы столь уважали, Ваше Высочество.

Рашад печально смотрел на собеседника.

— Стало быть, мой брат был прав, когда истреблял и выселял мятежников с планеты целыми семействами, — проговорил он. — Это омерзительно и недостойно настоящего монарха, но выходит, что тем самым он воистину пытался эффективно обезопасить свою власть. И то, что он остановился на полпути, действительно создало угрозу его правлению.

— Ваше Высочество! — Мухаммед пошел напролом. — Вы — человек истинно королевского величия и мудрости, достойный занимать высший пост в государстве. Ваш долг — занять место короля Абдельмаджида. Это ваш долг перед великими предками, перед державой, перед собственным народом, наконец!..

— Если вы знаете, за что был казнен ваш отец, вы также должны быть в курсе, что я дважды отказался от предложения возглавить королевство. Как вы думаете, почему?

— Тогда была совсем другая ситуация! Сейчас же отчетливо видно, что государство на краю пропасти. Ваше Величество, я умоляю вас, и вместе со мной вас молят многие поколения моих предков, верно служивших благословенной династии Саудов: спасите Аль-Сауди! Спасите память своих предков от несмываемого позора, которым покрывает ее нынешний монарх!..

— Стало быть, вы так ничего и не поняли, — пробурчал принц. — Пожалуйста, не называйте меня больше «Ваше Величество», это не мой титул. Видите ли, полковник, я ученый, а не воин и не государственный деятель. Я никогда не видел себя в роли главы государства. А когда случилась та прискорбная трагедия, в которой погиб почти весь дом Саудов, я окончательно убедился, что политика — дело грязное и отвратительное и лучше держаться от нее подальше, если хочешь уцелеть и не запачкаться. Если ваш мятеж удастся — сколько народу погибнет во время боев? Сколько человек я должен буду казнить, чтобы обезопасить свой престол?..

Мухаммед стиснул кулаки.

— Да, Ваше Величество, — твердо сказал он. — Политика — дело грязное, кровавое и чрезвычайно утомительное. Но есть высшие цели, ради которых надо идти на жертвы.

— Для меня таких целей нет. Я вижу неутешительную динамику развития страны, и она расстраивает меня. Но я не готов проливать кровь и выступать против родного брата, чтобы доходы среднего класса повысились на пятнадцать процентов. Есть вещи важнее денег.

— Во имя Пророка, Ваше Величество! Но неужели вам чисто по-человечески не больно, что великие жизненные блага и королевские почести достаются не избраннику Аллаха, действительно заслуживающему этого, а никчемному выскочке, пьянице и бабнику, ежедневно попирающему все известные ему заветы Пророка⁈ Вы похоронили себя заживо на этой станции, хотя обязаны блистать при дворе! Вы совершаете величайший грех перед лицом Пророка, потому что заточили священного наследника монаршего престола в орбитальной тюрьме!..