— И тебе не хворать, — прервал его излияния глава пограничной службы королевства. — До меня тут дошли слухи, что ты на днях смертельно обидел почтенного эфенди Абу-Фараха — прямо на его торжестве.

Хаким похолодел. Нет, он и на мгновение не допускал, что старикашка обезумел от ненависти настолько, чтобы пожаловаться руководству своего главного покровителя. Абу-Фарах прекрасно понимал, что эфенди Хакиму достаточно одного движения пальцев, чтобы превратить в пыль и его бизнес, и его никчемную жизнь. Однако на том торжестве присутствовал еще и старый лис Раслан, который вполне мог догадаться, что произошло между ними на самом деле. Рискованно это было — вот так, практически на глазах у всех, забрать у Абу-Фараха девушку. Неоправданно рискованно. Но Фарид в тот момент совсем потерял голову от вожделения и думал только о том, чтобы утолить свою жгучую страсть с прекрасной танцовщицей. За несколько прошедших дней он уже наигрался с ней, и она больше не занимала все его помыслы. Тем более обидно было теперь получать из-за нее разнос от начальства. А в том, что Раслан, давно метящий на его место, не поленился живописать эфенди Насралле произошедшее во всех красках и оттенках, Хаким не сомневался.

— Это не соответствует действительности, эфенди, — осторожно произнес Фарид. — Абу-Фарах на торжестве поссорился со своей женой, поскольку она дерзнула танцевать перед его гостями без одежды. Разъяренный старец трижды объявил перед лицом Аллаха и собравшихся правоверных, что разводится с ней, и поскольку бедняжке некуда было идти, я великодушно согласился приютить ее в своем доме, пока она не найдет работу и жилье.

— Поэтому она уже несколько дней не выходит из твоего дома? — насмешливо осведомился Насралла. — Самозабвенно ищет работу?

— Эфенди, найти работу одинокой женщине не так-то просто, — уже увереннее заметил Фарид Хаким, понимая, что его версию произошедшего трудно поколебать без жалобы со стороны Абу-Фараха. Впрочем, девку теперь непременно придется куда-нибудь сбагрить, после такого недвусмысленного сигнала тревоги цепляться за нее просто опасно.

— Что ж, Фарид, если ты не способен подыскать этой рыжеволосой пери подходящую работу, ее трудоустройством готов заняться я, — решительно заявил эфенди Насралла. — Сегодня же пришли ее ко мне. Я охотно избавлю тебя от дальнейших хлопот.

Хаким закусил губу. Рыжеволосая пери, значит. Похоже, Раслан перестарался и показал начальнику голоснимки, тайно сделанные на вечеринке Абу-Фараха, а то и головидео. Насралла явно сам запал на американскую красавицу, и теперь вместо того, чтобы утопить Хакима, просто предлагал поделиться награбленным. Арабские мужчины во все времена высоко ценили красивую женскую пластику.