— Слушаю, — отозвался референт аль-Халиля.

— Здравствуй, Алишер, — вкрадчиво проговорил Хаким. — Прости, что звоню так рано, но я очень хотел бы немедленно сделать твоему господину один славный подарок…

Закончив беседу, он удовлетворенно откинулся на подушки. Вот и все. Даже если старый козел Насралла наберется наглости спросить у господина министра, каким образом Дженнифер попала в его гарем, и тот снизойдет до честного ответа, что ее подарил ему Фарид, то это не будет значить ровным счетом ничего — наверняка начальник подумает, что министр врет. Едва ли эфенди Насралла воображает, будто аль-Халиль способен признаться ему, что нагло отобрал женщину у одного из его подчиненных.

Мисс О’Хара вернулась из душа вся в мелких капельках воды и тут же нырнула под одеяло к мужчине-хозяину. Если бы Фарид Хаким знал, что ее снимки и видеозапись пикантного танца с торжества эфенди Абу-Фараха были подсунуты Насралле не конкурентом Расланом, а анонимным местным агентом американских спецслужб — причем источником пикантных материалов стала сама Дженнифер, укравшая из особняка бывшего мужа миниатюрную сферокамеру, — он наверняка впал бы в ярость и, скорее всего, в приступе бешенства попытался бы задушить проклятую шлюху.

К счастью, он так никогда этого и не узнал, и это спасло его от тяжких телесных повреждений со стороны обученной боевым искусствам американки.

Вот уже сутки грузовой терминал «Хатами XII» стоял на ушах. Ожидалось прибытие транспорта того же класса, что и «Олимпик», который должен был доставить подарок от правительства Соединенных Миров — внушительный обелиск, символизирующий нерушимую дружбу между американским и арабским народами. Король Абдельмаджид уже рассыпался в благодарностях и пообещал установить обелиск на одной из центральных площадей столицы в знак особого уважения к стратегическому союзнику.

После едва не случившейся на терминале трагедии и полицейского расследования было проведено тщательное техническое обследование оборудования, и эксперты признали, что в дальнейшем невероятное стечение обстоятельств, подобное тому, которое чуть не привело к грандиозной катастрофе, практически невозможно. На орбитальной станции провели внеплановый ремонт, кое-какую аппаратуру заменили совсем, после чего терминал заработал снова: мало того, что его технический простой приносил государству немалые убытки, так еще подключился и политический фактор — подарок Соединенных Миров оказался слишком велик, поэтому принять его мог только терминал с достаточно большим шлюзом и разгрузочными воротами, то есть тот, который был способен разгрузить гигантский сухогруз «Олимпик». Поскольку транспорт был уже в пути, возник бы скандал, если из-за технических неполадок ему пришлось бы возвращать обелиск на Буш Старший.