Но при чем здесь Виктор?

Шая несколько десятков раз перечитывала абзац, и ей казалось, что она либо упускает контекст, либо неправильно переводит специфическую терминологию автора. В древних текстах часто использовались сложные аллегории. Возможно, «Тень» — это просто метафора базового человеческого эгоизма? Или описание подсознательного нежелания отпускать от себя подвластные души?

Эльфийка потерла виски, чувствуя, как внутри нарастает раздражение от непонимания. Ведь с Виктором было все так же, как и в первый день их знакомства. Она видела его психею. Она была плотной, серо-фиолетовой, сформированной в результате его переселения в чужое тело, но в ней не было ничего откровенно демонического. От него не фонило какой-то агрессивной темной энергией и не…

Эльфийка осеклась.

Карандаш, который она машинально крутила в пальцах, замер.

В тишине квартиры вдруг стало как-то неуютно холодно. Память оперативного сотрудника, натренированная фиксировать и хранить любые нестандартные детали, услужливо подбросила воспоминание, которое Шая до этого момента списывала на собственное переутомление.

— О все источники энергии во вселенной… — хрипло выдохнула она.

Ей вспомнилась та ночь, когда они в тайном подвале СБРИ выбивали информацию из головы контрабандиста Ворона и предавшего отца Виктора бизнесмена Волкова. Вспомнился тот момент, когда ментальная защита Ворона оказалась слишком крепкой для Громова, и Шая предложила ему свою помощь. Она открыла свои энергетические каналы, чтобы поделиться с ним силой.

Тогда она ожидала, что Виктор просто зачерпнет нужный объем энергии.

Но произошло иное. Как только их каналы соприкоснулись, Шая почувствовала, как на другой стороне открылась бездна. Это не было сознательным действием Громова. Это было что-то внутри него. Та черная сущность, можно сказать, воплощение тьмы, с которым она столкнулась, когда делилась энергией с Виктором. Она вспомнила чувство леденящего вакуума, который с нечеловеческой жадностью начал всасывать ее резерв, словно промышленный насос. Если бы она вовремя не оборвала контакт, эта Тьма выпила бы ее до дна, не оставив даже пустой оболочки.

Тогда Шая сказала Громову, что он «прожорливее, чем кажется», попытавшись перевести это в шутку и списать на его неопытность в контроле. Но сейчас, глядя на фотографии пожелтевших страницы эльфийского трактата, написанного за тысячелетия до рождения Виктора, она поняла, что древний автор не использовал никаких метафор. Текст был предельно буквален.

Мастер-доппельгангер, оставивший этот гримуар, умел поглощать души. Виктор, столкнувшись с энергетическим вампиром в Феодосии, рассказывал, что тварь в ужасе кричала, будто Громов хочет ее сожрать, потому что вектор выкачивания энергии внезапно развернулся в обратную сторону.