— Жа-а-а-ль, — растянул с сожалением в голосе Мишка. — А мы зимой коробку заливали. Видел, какую построили? Сами сколотили.

На площадке чуть выше дома стояла отличная крепкая хоккейная коробка, баскетбольные «вышки» со щитами и кольцами к которым снизу были приварены хоккейные ворота.

— Да, неплохая коробка.

— Сами заливали. Ночью дежурили по очереди, чтобы лёд ровный получился.

— А сейчас? Купаетесь?

— А то! Целыми днями на море. То за дамбой на волнах, то на рифах с острогой. Тут классно. Не то, что на Патриске. До моря ехать не надо. Вон оно. Ногами пять минут хода. А свалка тут какая!

Мишка аж зажмурился.

— С «фарфорика» везут даже переводилки на посуду. Можно на кружки наклеить. Разные есть. Проволоки разной, во!

Мишка провёл ребром ладони по горлу.

— Вон, смотри какой у меня перстень. Сам сплёл. А из медной пульки для рогатки гнём. Лягушек на болоте лупим. А в лесу в казаки-разбойники играем. А за сопкой скала «Диван», а за дамбой — водопад.

Мишка захлёбывался от восторга и я его понимал. Ведь и я сколько жизней прожил здесь. В его, между прочим, теле, обитая, да-а-а…

— Здорово! — поддержал его я. — Как пацаны?

— Нормальные, — кивнул головой Мишка. — И во дворе нормальные и в тридцать третьей школе были. Это-то школа новая, только что построенная. Да, что там! Сейчас оденусь и выйдем. Они, точно, где-нибудь рядом: или на болоте, или на площадке мяч пинают.

— На площадке кто-то есть, — сказал я.

Мишка сбегал на кухню и оттуда крикнул:

— Это с одиннадцатого дома пацаны: Сашка Витрюк и Андрюха Тиханов. Они на год старше меня. У нас с пятьдесят девятого только Славка Федосеев. Он под вами живёт. А Танька, его Сестра моего года. Прикольная девчонка. Потом расскажу, как я с ними познакомился. У них мама — мать героиня. У них девять детей!

— Нифига себе! — «удивился» я.

Машка вдруг посмотрел на меня словно только что увидел.

— Слушай, вот ты раскабанел! Ты здоровее всех тут будешь. Только Андрюха Тиханов повыше, наверное, но ты… Словно старшеклассник. И в кого ты такой?

— Шутишь, что ли? Ты моего отца давно видел?

— Ха! Они с моим отцом вместе с работы ходят. Оба же не пьют с работягами, вот и… Ха-ха… Сейчас я.

Мишка пошёл в комнату одеваться, так как ходил по квартире в трусах. Было жарко. Август, однако.

— Я магнитофон привёз, — сказал я куда-то в квартиру.

— Магнитофо-о-о-н?

Мишка выглянул из комнаты с выпученными глазами.

— Какой магнитофон?

— Японский бобинник. Стереофонический. ТИК фирма.

— Врёшь! — выдавил Машка.

— Зачем? — спросил я. — Зайдёшь, увидишь. К нему ещё усилок и колонки.