Если меня распирало от удовольствия, то Спенсера душила злоба. Он приобрёл себе билет первого класса и выложил агенту Черноморского общества пароходов, организовавшего грузопассажирское сообщение между Одессой и Стамбулом, сто пятьдесят рублей ассигнациями. Когда Дмитрий принес мне три билета для палубных пассажиров по двадцать рублей (я на большее не рискнул замахнуться), черт его дернул поведать Эдмонду, что ему для группы пассажиров из нашего Посольства билеты первого класса обошлись по сто. Единственное, что примиряло англичанина с подобной несправедливостью — это блестящая компания, которая его ожидала на борту. Вместе с нами в плавание отправлялись Бутенев с супругой и дочерью, а также мадам Нарышкина и сопровождающие ее лица.

— Объясните мне, невежде, что за странная финансовая система ожидает меня в России? — с недовольной миной спрашивал Спенсер студента. — Нет, я понимаю: продать мне билеты дороже в полтора раз, чем посольским — это еще как-то можно объяснить, хотя обидно. Но зачем нужны бумажные деньги и серебро одновременно? Какой курс между ними? Как мы поймем продавцов, когда услышим цены? Ведь это же золотое дно для бесчестных торговцев, и великолепный способ обмануть любого иностранца! Он назовёт мне цену в ассигнациях, но потребует оплаты серебром. И я ни за что не догадаюсь, в чем тут подвох.

Цикалиоти развел руками:

— Следует каждый раз уточнять, мистер! Просто возьмите себе на заметку, что соотношение между серебряным рублем и ассигнациями составляет один к трем с половиной[1].

— Безумие какое-то. Все время придется пересчитывать. Неужели вы таким образом решили развивать математические способности населения?

— Я не уполномочен критиковать политику министерства финансов Российской империи.

— Черт побери!

До нашего отъезда дней оставалось все меньше и меньше. Спенсер заметно нервничал и припряг меня, чтобы не выбивался из образа, к сборам своего багажа. От меня требовалось не только упаковать наши чемоданы, но и проследить за их погрузкой на корабль. К своему облегчению, прижимистый Спенсер узнал, что за груз доплачивать не придется.

Второй момент, поднявший ему настроение, — это случайно подслушанная информация о том, что Нарышкиной билеты обошлись все же больше ста рублей. По непонятной нам причине, женские каюты первого класса стоили дороже мужских.

— Россия — страна загадок, — жаловался мне Эдмонд. — Предчувствую, что нас ждет в этом странном краю еще много нелепых открытий и, боюсь, не самого приятного свойства. Надеюсь, хотя бы отели там будут лучше стамбульских. Кроме приюта Джузепино и пары гостиниц в османской столице приличному человеку некуда деться. Боже, как иные путешественники выдерживают атаки здешних клопов? Это же настоящие монстры. Один мой знакомый в поисках спасения от кровососов поставил ножки своего дивана-оттоманки в кувшины с водой. Так эти твари напали на него с потолка! Нам нужно запастись на всякий случай персидским порошком: вдруг и в России мы столкнемся с этим бичом любого вояжера.