[2] Подтверждено, что Кольт видел этот револьвер во время плавания в Индию. И он стал прообразом «кольта».
[3] Существовала разновидность револьвера Коллиера с автоматической прокруткой барабана. Но пружина постоянно ломалась, и от нее отказались.
[4] Пароход «Нева» совершил 200-дневный переход из Балтики в Черное море в 1830–1831 году. По сути, это был первый круиз русского корабля под парами вокруг Европы.
Глава 18 Побег
Следом за пистолетом в окне паланкина появилось свирепое лицо Спенсера.
Если бы я предугадал этот кадр с упирающимся в лоб начальника стражи пистолетом и с тут же побледневшей от страха его кровожадной мордой, я бы сам настоял часом ранее на том, чтобы мистер Эдмонд сел в паланкин. Так-то я, хитрый грек, как обо мне выразился этот, уже отпрянувший от паланкина и распрямившийся, полицай, всего лишь упросил Спенсера сопровождать нас во избежание каких-либо — да что там, каких-либо, — во избежание любых случайностей, конфузов, неприятностей.
Упрашивать, к слову, особо и не пришлось. Спенсер сам загорелся и жаждал принять участие в нашей ночной эскападе. Все-таки, этот белотелый англичанин, надо признать, был не робкого десятка мужик и по-хорошему азартен. И я был удивлен и расстроен, когда мы с Цикалиоти подошли к Санта-Марии, где нас ждали отец Варфоломей и Фалилей, и не обнаружили Спенсера.
— А Спенсер? — спросил я тогда.
Отец Варфоломей только отмахнулся, сдерживая неприличествующие его сану слова. Фалилей без особых затей просто ткнул пальцем в паланкин. Спенсер знал толк в эффектных выходах. Цветастая шторка паланкина приоткрылась. Эдмонд выглянул с довольным лицом.
— Не правда ли, Коста, — спросил он меня елейным голосом, — тренировка очень важна, когда что-либо делаешь впервые?
Я тут же поднял обе руки.
— Один — один, мистер Спенсер! — признал свое поражение.
Эдмонд был доволен.
…Теперь же из паланкина доносился отнюдь не елейный голос.
— Что за черт! — метал молнии Спенсер-громовержец. — Ты что себе позволяешь⁈ Как ты смеешь нарушать мой покой и границы моего частного владения⁈
Я подумал, что прямой перевод такой довольно высокопарной речи вряд ли будет понятен стражнику и вряд ли его окончательно отрезвит. Поэтому «что за черт» мной был заменено на «какого хера», а всю остальную часть спенсеровской филиппики я превратил в реальную угрозу.
— Эдмонд-паша разъярен. Он этого так не оставит. Хочет обратиться к кади и потребовать для тебя самого жестокого наказания!
Полицай задергался, пытаясь найти выход.
— Но…Но… — губы его дрожали. — Но его там не должно было быть!