— Да уж, — сказал я. — При этом старший лорд Лазурита — отец Вирчедвика. Глава Охры — папаня Грегори. И что-то мне подсказывает, что отпрыски, если надо, построят своих папашек на счёт «раз-два».

— У меня такие же опасения.

Трубку я положил, пребывая в мрачном расположении духа.

А тут ещё и погода опять испортилась, зарядили дожди со снегом. От золотой осени остались только воспоминания.

Хорошие новости приходили разве что от Илсы с Рунвейгой.

Илса поговорила с Нэссой, показала ей комикс. Как у них там конкретно проходил разговор, они мне не рассказали, но Нэсса согласилась-таки проиллюстрировать книжку про вакуумных стрекоз. Рукопись романа я дал ей ещё в субботу.

А Рунвейга во вторник сообщила мне:

— Нашла помещение для издательства.

— Давай глянем, — сказал я.

Дом мне понравился — двухэтажный особнячок из бурого кирпича, без архитектурных излишеств. Никаких башенок и надстроек, никакой колоннады, только аккуратный навес над входом.

Нас сопровождал посредник из агентства недвижимости — впустил внутрь, показал все комнаты и дал пояснения. Как выяснилось, особнячок лет двадцать назад построил галантерейщик — чтобы на первом этаже торговать, а на втором жить. Но магазин недавно закрылся, владелец съехал, а дом ждал своего покупателя.

Снова выйдя на улицу, мы с Рунвейгой пообещали посреднику, что скоро перезвоним, а сами сели в машину.

— Что у нас с документами? — спросил я.

— Издательство «Оттенки фантастики» зарегистрировано, — сказала Рунвейга, — можем работать. С авторами контракты подписаны. Три романа — у нас, редакторы уже приступили. Иллюстраторы тоже есть — двоих я нашла, твоя Нэсса — третья. Это, конечно, потрясающая удача, что у нас художник такого уровня…

— А по комиксам что?

— Один из этих трёх романистов пишет похуже, чем остальные. Стилистически хуже, я имею в виду, корявее. Но он самый активный, сразу же показал мне ещё три повести. Я их глянула — одну с ходу забраковала, а две других предложила превратить в комикс. Сюжеты и диалоги так динамичные, как раз подойдут. А вот описания — ну, не очень, мягко говоря. Автор даже сам это понимает, поэтому согласился. Так он вроде вменяемый, с ним можно работать. Я бы его хоть завтра засадила за стол с рисовальщиками, вот прямо в этом доме. Ты же сам видел — там перестраивать ничего не придётся. Если, конечно, ты согласен купить…

Дождевые капли размазывались по лобовому стеклу. Рунвейга ждала ответа. Я повернулся к ней:

— Покупаем. Работай.

Мы снова помолчали, и она спросила негромко:

— Может, я помогу тебе ещё чем-нибудь? Ведь явно же назревает что-то малопонятное, и это как-то связано с лордами, которым ты мог перейти дорогу…