Я подсказал ей — можно рисовать просто карандашом, так будет быстрее. А обвести всё кистью или чернилами могут другие люди, технические сотрудники, нанятые специально для этого. Буковки в диалогах тоже пропишет кто-нибудь приглашённый.
Тем временем хозяин мансарды в пятницу рассказал, что к нему продолжают подтягиваться художники, не успевшие на первый отбор. Им сообщились условия тестового задания — Рунвейга на этот случай оставила соответствующую инструкцию. Так что не исключалось пополнение в штате.
Пришла суббота.
Нэсса закончила работу с картиной-дверью. Настало время для вылазки в новый альтернативный мир.
— Выглядит слишком непредсказуемо, — заметила Нэсса.
— Да, — согласился я, — но надо рискнуть.
И шагнул в картину.
Глава 13
Переход давался непросто.
Воздух в проёме уплотнился, словно желе, и я прилагал усилия, чтобы не застрять в нём. Пейзаж размылся, его элементы сдвинулись, меняя конфигурацию. Рябь помех пронеслась метелью, голова закружилась.
А ведь мы с Нэссой долго выверяли детали, она тщательно и густо нанесла на холст серебрянку…
И всё-таки я преодолел барьер.
Так далеко, вероятно, не забирался ещё никто из выпускников Академии.
С полминуты я приходил в себя, судорожно глотая осенний воздух, как бегун-рекордсмен после олимпийского финиша. Затем в глазах прояснилось, головокружение отступило, и я оглядел окрестности.
Было сухо и солнечно. Я стоял на ВДНХ, возле павильона, посвящённого космосу.
Белый фасад с орнаментом и лепниной, с циклопическим арочным окном, а также с двумя башенками-колоннами по бокам. На этих башенках — фигуры в скафандрах. Перед павильоном — макет космической ракеты «Восток», а чуть поодаль — межпланетный корабль с ядерным приводом, тоже в виде макета. Корабль этот выглядел как суставчатый цилиндр с решётчатыми фермами, торчащими в стороны.
Дверь-картина, который меня сюда привела, представляла собой коллаж из реальных фото и научно-популярных эскизов.
За основу Нэсса взяла фотоиллюстрацию из путеводителя по советской альтернативной Москве. Срисовала оттуда сам павильон и макет «Востока». Добавила скафандры на башнях (в оригинале там стояли скульптуры трактористки и комбайнёра, поскольку павильон изначально задумывался как сельскохозяйственный).
Наибольшие сложности вызвал межпланетный буксир. Ни в советской Москве, ни в царской таких штуковин ещё не существовало, были только проекты. Поэтому мне пришлось шерстить научпоп, закупленный в ходе последней вылазки. И в итоге я подыскал-таки эффектный эскиз, а Нэсса всё это скомбинировала.
Мне требовалась дверь в мир, где космические исследования ушли далеко вперёд. И где межпланетный транспорт уже настолько привычен, что его показывают на выставке хозяйственных достижений.