— Александра? Что-то случилось? — присутствие рядом Артема прорывается в мою новую хрупкую реальность.

Зарубин успевает подхватить меня под локоть за секунду до того, как мои ноги окончательно слабеют. Если бы не он — я бы просто кубарем свалилась с лестницы, потому что полностью дезориентирована.

Так же не бывает, чтобы мертвецы ходили по земле. Это же не долбаный фильм Ромеро!

Я просто обозналась. Увидела высокого светловолосого мужика, и…

Боже, да откуда бы у капитана Аггера, была такая тачка?!

— Кто...? — С трудом узнаю в сорванном шепоте — собственный голос. Хочу прокашляться, но не получается.

Вместо этого просто киваю вслед машине, которой там уже давно нет.

Артем прослеживает за моим взглядом. До безобразия расфокусированное зрение все равно подмечает, что его лицо становится жестче, губы смыкаются в тонкую линию.

— Это… гм-м-м… «слава_богу_что_не_знакомы_лично», — последние слова Зарубин произносит нарочитой скороговоркой.

А имя у этого человека есть?!

— Аггер. Официально — рулит всей логистикой.

Моя голова снова начинает кружится, а мир — опять шатается.

Покрывается трещинами как яичная скорлупа.

Воздух вокруг меня стремительно заканчивается, легкие сжимаются до размеров чернослива.

Рулит всей логистикой…

Мозг фиксирует эти три слова, превращая их в головоломку.

Три года назад мой отец рулил половиной логистики, а теперь все это в руках человека, который его убил.

Какие «удивительные» совпадения.

Очень логичное объяснение, откуда у капитана Аггератакая тачка .

— А не официально?

— Что? — переспрашивает Зарубин, видимо, потому что я едва подаю голос.

Ничего, у меня сейчас есть очень веская причина быть размазней — не каждый день узнаешь, что прошлое, оказывается, не героически скончалось, а хитро поимело тебя… еще разок.

— Кто этот человек не официально? — повторяю свой вопрос. Перед глазами уже сплошная черная дымка. В сознании держусь, кажется, на чистом упрямстве.

— Ну… тот, кто держит за горло криминальные и околокриминальные структуры. Кому можно безнаказанно «решать проблемы» всеми способами, если вы понимаете, о чем я. — Артем вздыхает и подтягивает меня ближе, пытаясь обнять. Я не могу сопротивляться, потому что тело абсолютно не слушается. — Но я надеюсь, что вы не понимаете. Может, поужинаем? Вы глядите истощенной. Здесь в двух кварталах отличная пиццерия, но если хотите — любой рест…

Мир, наконец, окончательно затихает.

Пока я три года умирала от горя и растила сына в чужой стране, пока придумывала, что расскажу ему про его отца-героя, который присматривает за ним с неба… пока училась не бояться собственной тени…