Но едва я успела развернуться от двери, как во дворе раздался детский вопль.
Глава 5
Я вылетела на крыльцо.
Лука тащил на руках извивающегося мальчишку. Бледного, из-под сбившейся набок шапки торчали слипшиеся сосульками волосы. Мальчишка пытался брыкнуться, схватился за прижатую к животу правую руку и завопил еще пуще. Как Лука умудрялся его удержать, с виду было совершенно непонятно.
Следом шагал незнакомый чиновник в шинели. Увидев меня, он снял фуражку и поклонился.
— Милостивая государыня Анна Викторовна. Квартальный надзиратель Копылов к вашим услугам.
Я его точно в лицо не знала. Он меня, получается, знал.
— Нашли! — ахнула за моей спиной Анфиса Петровна.
— Чем могу помочь, господин Копылов? — спросила я.
— Это я к вашим услугам. Услышал крик. Вижу: человек ребенка несет, а тот вырывается. Счел необходимым удостовериться.
— Правильно сделали, — кивнула я.
— Пусти! — заорал Петька. — Домой хочу! В деревню! Я дошел! Почти!
— Мальчик действительно из приюта? — спросил квартальный.
— Да, Петька, — подтвердила Анфиса Петровна. — Лука у нас служит. Если желаете, могу приказать выстроить детей и сверить по головам и список.
Квартальный поколебался.
— Тогда разрешите откланяться, — сказал он наконец.
— Сделайте одолжение, господин Копылов… — начала я.
— Рад быть полезен, милостивая государыня.
— Не могли бы вы передать от меня записку губернатору?
Раз мальчишку нашли, значит, надо сообщить, чтобы не искали.
— Я в вашем распоряжении.
Лука понес Петьку в дом. Тот уже не орал, только всхлипывал.
Я набросала записку в пару строк. Вернулась на крыльцо, отдать квартальному — и в этот миг Петька внутри снова завопил так, что я подпрыгнула.
— Больно!
Что там еще?
Забыв, что надо вежливо попрощаться, я сунула квартальному записку и метнулась в дом.
Анфиса Петровна держала в руках армячок. Лука растерянно переминался рядом. Петька прижимал к груди правую руку — неестественно изогнутую — и орал.
А я только сейчас разглядела то, что должна была увидеть сразу, — белую кисть. Одну. Вторая была вполне человеческого цвета.
Отодвинув смотрительницу, я осторожно взяла Петьку за руку. У края ладони со стороны мизинца цвет еще держался пятнами, но сама кисть была ледяной. На лучевой артерии пульс не прощупывался. На локтевой — после нескольких мучительно долгих секунд — под пальцами дрогнула тонкая, ускользающая нитка.
— Милостивица, да что ж вы такое говорите? — выдохнул Лука, и я поняла, что только что чертыхнулась вслух.
Захотелось добавить еще — причем в три этажа. Я не травматолог. Но по всему выходило, что из-за перелома со смещением костные отломки сдавили сосуды. Костные отломки. Перегиб сосудов из-за деформации. Отек. Спазм. Да еще пяток разных «либо», которые я не могла проверить здесь, в «актовом зале» приюта.