Я прикусила щеку, провожая исчезающие за воротами фигуры взглядом, и пропустила момент, когда Альвин и Харакаш появились рядом со мной.

— Берна… Все в порядке, Ваше Высочество? — Заметив, как я дернулась при звуке его голоса, островитянин обеспокоенно посмотрел туда, где мгновением раньше скрылся магистр, а потом снова перевел взгляд на меня.

— Я задумалась и не заметила вас. Что там Бернард? — Мысленно махнув рукой, я обратила все внимание на наставника. Тот пожал плечами и продолжил прерванную фразу:

— Бернард и местный гостиничный¹ разбираются с размещением, посланники герцога также удостоились временных покоев, но жаждут встречи с принцессой как можно скорее.

— Спешат, значит… — Задумчиво качнув головой, я перевела взгляд на смиренно стоящего неподалеку брата Севастия, которого мысленно тут же окрестила Севой. — Брат Севастий, проводи меня и моих спутников к нашим кельям.

— Слушаюсь, Защитница. — Мужчина склонился в глубоком поклоне, а затем резво направился в сторону ворот, едва ли не подпрыгивая от нетерпения на ходу.

Мы втроем, переглянувшись, быстрым шагом двинулись следом.

Внутреннее убранство крепости отличалось строгостью, граничащей с аскетизмом. Беленые стены, переходящие в цилиндрический свод. Выложенный серым гранитом с розовыми прожилками пол. Пахло церковными свечами, хотя мне на глаза за примерно пятиминутное шествие по коридору ни одна не попалась.

Наш проводник, облаченный в скромную светлую робу, подпоясанную тонким, но длинным алым поясом, ступал почти бесшумно, тогда как наши с Альвином шаги отдавались звонким эхом от стен, разрушая мягкую тишину, что меня изрядно раздражало.

Сразу после входа мы прошли на лестницу по правую сторону, преодолели три длинных коридора, связанных еще двумя лестничными пролетами, поднимаясь вверх и за все это время встретив едва ли с десяток человек. Они опускали головы при виде меня, бросали украдкой взгляды на островитянина, но молчали и жались к стенам, освобождая и без того широкий проход.

Запах тающего воска становился сильнее, и в один момент по левую руку от нас сплошная стена сменилась арочными проемами, ведущими на балюстраду.

— Стойте! — Я даже не посмотрела на своих спутников, точно зная, что они послушаются, повернула в арку, выходя в пару шагов на балкон, и замерла, испытывая одновременно благоговейный трепет и нечто сродни ужасу.

Балюстрада выходила в центральный зал — скругленное по углам помещение имело высокий сводчатый потолок и высоту стен никак не меньше десяти метров, освещалось с помощью световых колодцев, закрытых витражными розетками, и сотней огромных, в полметра каждая, свечей. У дальней стены, на фоне высоких и узких, перемежающихся с тонкими полуколоннами витражных окон, возвышался мраморный постамент из шести ступеней, а на его вершине стоялиони .