В основе всего лежало «Достоинство».

Подойдя ближе, я коснулась правой ладонью холодного мрамора, ведя кончиками пальцев по линиям букв.

В молитвеннике, который достался мне от комтура, на самой первой странице была «пирамида» из слов, но тогда я думала, что ее порядок сверху вниз. Оказалось, что наоборот.

Достоинство. Мужество. Великодушие. Спокойствие. Благородство. Вера.

Шесть ступеней.

Шесть добродетелей ордена.

«А обладаю ли я хотя бы одной из них?»

— Она прекрасна, не правда ли? — Голос за моей спиной заставил меня вздрогнуть и, резко отдернувшись от мрамора, обернуться.

— Магистр Ирвин… — Я чуть нервно улыбнулась, успокаивая вдруг бешено заколотившееся сердце, и снова посмотрела на статую. — Да. Она прекрасна. Кто ее создал? Он словно бы видел ее воочию…

— Это действительно так. Ее создатель — Коррин. Он был сыном скульптора, о чем мало кто помнит, и не оставил свои навыки, а лишь приумножил их в стенах этого храма. Скульптуру он создал еще до того, как стал Защитником веры, но не было сомнений, что Она уже тогда руководила его руками.

— Вот как… — Я снова потянулась к прохладе камня и погладила его поверхность.

«Каким многогранным человеком ты был, мой предшественник, защитник веры Корр…»

В один миг я ослепла, словно пронзенная насквозь светом, парализованная его чистотой. Мир вокруг замер, а ощущение резонанса усилилось настолько, что мне казалось, будто еще мгновение и меня разорвет на куски.

«НАЙДИ МЕНЯ!» — оглушительно громко, неимоверно сильно, пробирая до самых темных глубин души и выворачивая меня наизнанку, прозвучал голос. Я потянула руку на себя, пытаясь разорвать прикосновение с камнем, и она медленно, словно бы преодолевая какое-то препятствие, наконец сдвинулась.

Мир вокруг взорвался движением.

Я видела каждое колыхание воздуха при чьем-то вздохе, головокружительный танец пылинок в лучах света, медленно поднимающееся к своду залы тепло от свечей и так же медленно опускающийся холодный воздух.

А потом все пришло в норму, вернулось к привычному мне темпу, и я медленно выдохнула, чувствуя дрожь в коленях.

В пару неловких движений я дошла до лавки и села на ее край, как-то равнодушно отметив для себя пропажу певчих, уход которых я вряд ли могла не заметить.

— Защитница? — Магистр Ирвин обеспокоенно присел рядом со мной, тревожно заглядывая мне в лицо.

— Все хорошо. Да, все хорошо, — повторяла я как мантру, прислушиваясь к собственным ощущениям. В голове все еще гудел властный голос, повелевающий найти его обладателя. А вот резонанс в теле наоборот — словно бы поутих, стал не таким неприятным, будто бы даже более близким мне, совпал со мной и перестал болезненно раздражать.