— Они — это кто?

— Женщины, Ваше Высочество, — молодой мужчина стушевался, ему явно неловко было обсуждать со мной такие темы, — у многих из них были мужья или женихи, и сейчас их вроде бы нет, но они вроде бы есть. Неизвестно, живы ли они и вернутся ли когда-нибудь к своим семьям. А среди солдат много молодых и неженатых мужчин, с хорошим жалованием и достатком…

— Я поняла. — Прервав Франа, я нахмурилась. — Поправьте меня, милорды. Женщины не согласятся вешать на себя опознавательный знак, потому как, если их мужья или женихи живы, о чем мы знать не можем, они будут заклеймены как изменщицы своими же товарками, даже если не вступят ни в какую связь с солдатами, просто из-за одного выраженного желания?

Все находящиеся в комнате мужчины синхронно кивнули.

«Вот засада!»

— А кто-то из них при этом так или иначе вступит, хотя бы по той причине, что не захотят упускать шанса охомутать солдата при деньгах и уехать из села?

Последовало очередное массовое кивание.

Граф, доселе молчащий, задумчиво наморщил лоб.

— Думаю, Ваше Высочество, все можно организовать проще. Женщины будут двигаться с обозами, на сопровождение обоза мы отрядим некоторое количество солдат, из самых порядочных; офицеры, займитесь поиском в подчиненных вам частях. Скажем, не больше десятка на всех, итого у нас будет по две-три женщины на каждого охранника и по двое солдат на каждый обоз. Дежурить будут у обозов сменно, накинем к жалованию за это. Задача охраны будет проста — следить, чтоб молодые и горячие не лезли к обозам сами и чтоб утром все женщины были на месте, целые и невредимые. Среди солдат провести инструктаж — за попытку нарушить указ буду снимать жалование, за насилие — по возвращению в родные земли лишу воинских привилегий, включая посмертные выплаты семье, если таковая имеется.

— А если она захочет уйти с обоза сама? — Я задумчиво закусила губу, обкатывая в голове предложенный графом план.

— Тогда пусть за ней придет тот, к кому она идет. Он же ее пусть и вернет к утру. Будем считать это прививкой хороших манер. — Бернард хмыкнул чуть насмешливо, и я улыбнулась в ответ.

— Это хорошая идея, граф. Что ж… у меня, пожалуй, больше нет вопросов. Не буду вам мешать.

— Ваше Высочество! — нестройный хор голосов зазвучал мне уже в спину. Не было никакого желания тратить время на созерцание их согнутых спин, а вот найти комтура и вцепиться в него, подобно клещу, — еще как было!

Комтура я обнаружила уже в одиночестве, разминувшись с Милой через пяток шагов от крыльца. Женщина медленно шла в сторону своего дома, с опухшим носом и отекшим лицом, но в ее взгляде появился какой-то смысл. Она, увидев меня, согнулась было в поклоне, но я быстро проскочила мимо, коротко кивнув, — ее чувства все еще бродили по моей памяти, да и ощущение какой-то неловкости не добавляло комфорта и желания задержаться возле безутешной матери, тем более что Ханс, словно чувствуя мое приближение, неспешно пошел прочь.