— Полегче, парень, ты убьёшь эту грушу! — ко мне подходит Фил. Полотенце переброшено через плечо, волосы мокрые. Тренажерный зал в нашем доме, как жильцы можем посещать бесплатно, и брат этим пользуется, приходит вместе со мной. Говорит, что экономика должна быть экономной.

— Неужели так стараешься ради простого спарринга?

Брату пока ничего не говорил, сказал просто, что этот спарринг типа тим-билдинга — для укрепления командного духа. Поэтому стискиваю зубы и продолжаю колошматить грушу.

— Если ты будешь так нападать на ринге, это не укрепит ваш коллектив, а приведёт к уголовному дело о тяжких телесных. — Фил облокачивается о тренажёр, скрещивает руки на груди и прищуривается. — Или дело не только в тим-билдинге?

Мышцы гудят. Вытираю пот, выдыхаю, смотрю на него. Ладно, всё равно узнает.

— Он — её любовник.

Челюсть Фила со стуком падает на пол.

— Ты же шутишь, правда?

— Я похож на шутника? — огрызаюсь. Ядвига с ним сейчас? Эта мысль приходит внезапно. Вдруг не у мамы, а с ним?

— Не понимаю, почему он до сих пор не уволен.

— Думал об этом, — морщусь. — Но тогда надо срочно искать замену, а специалиста его уровня хер найдёшь в короткий срок. Наши хэдхантеры и так ждали, когда его контракт истечёт, чтобы к нам переманить. Сука, не представляешь, как это бесит!

— Надеюсь, ты его размажешь, — серьёзно говорит Фил. Тянет: — Не верю, что Ядвига реально это сделала. Думал, на понт берёт.

— Ядвига словами не разбрасывается: сказала — сделала, — отвечаю угрюмо. А ведь тоже наивно надеялся, что блефует.

Готов по стенке размазать. Адреналин постепенно разгоняет кровь, пока жду Егора. В зале никого нет — Дима снял полностью. Не надо нам лишних глаз и ушей, а сказать мне тоже есть что. Разминаюсь, когда он наконец появляется. Не опоздал, но и раньше не пришёл. Сухо здоровается, уходит в раздевалку.

— Договор один — по лицу не бить, — говорю, когда входит на ринг. Егор кивает, молча мерит взглядом. Оценивает. Я тоже изучаю: в форме, естественно, Ядвига на другого бы не повелась. Встаём в стойку, кружимся, прикидываю, куда лучше ударить и в последний момент уворачиваюсь — кулак в перчатке летит в скулу.

— Блядь! Я же сказал — по лицу не бить! — врываюсь.

— Случайно, — бросает Егор и снова атакует. Отражаю удары, ухожу в защиту, пока он пытается достать по рёбрам. Прилетает по почке, боль вспыхивает, выбивает воздух из лёгких. Зато в голове проясняется, перехожу в атаку. Хук справа по рёбрам, следующий он парирует, снова атакует. Егор боксирует сосредоточенно, иногда смотрит прямо в глаза, но в основном взгляд соскальзывает. Больше не могу его достать, но и он не может. Сцепляемся в захвате, глаза в глаза.