На концерте были не только бойцы Красной Армии и партизаны. Я отметил, что среди зрителей очень много мирных жителей. Но все равно наше выступление было, в первую очередь, для партизан. Частушки про партизан мы обсудили еще вчера вечером.

Я сделав частушечный проигрыш, начал первым:

— Партизаны, партизаны, партизаны молодцы! В партизанах наши братья, в партизанах и отцы.

Продолжила Зинаида Ованесовна:

— Партизанка моя мать, и отец мой партизан, и самая я партизанка, на боку ношу наган! — но когда она махнула платочком и воскликнула частушечное «У-ух!», голос её оборвался.

Она отошла в сторону, взялась рукой за горло. Но сейчас нельзя было прервать концерт и подойти к Зинаиде. Не смотря на сильнейшее беспокойство, я продолжал играть. Краем глаза заметил, как Иосиф Самуилович усадил её на табуретку, что-то спросил, выслушал ответ и тут же, подняв воротник её тулупчика, плотно застегнул верхние пуговицы.

— Эх подруженька-подружка, давай ёлочки садить, чтоб отважным партизанам легче было фрицев бить! — спел Зайцев женским голосом, заменив Зинаиду Ованесовну.

Следующую частушку спел бородатый партизан, судя по голосу и глазам — молодой парень. Он запрыгнул на помост и, притопывая в русской пляске, пропел:

— Партизаны молодые, молоды да удалы, на большак сражаться ходят, не жалеют головы!

Дальше уже стихийно пели зрители

— К нам на наш смоленский лес не однажды Гитлер лез, но наткнулся на порог, одолеть его не смог! — пропел прямо в гуще зрителей кто-то грубым, надтреснутым голосом.

— Ночка темная настала, на полях стоит туман, Гитлер смазывает пятки от советских партизан! — тут же ответили другим голосом, густым, как у попа в церкви.

— Ты уж птица, птица, птица, ты лети как ураган, — подхватил частушечный ритм Капуста, — плохо Гитлеру живется от налетов партизан.

И тут же Зайцев:

— Партизаны, партизаны, вы дрались за Родину! Получите от неё вы на грудь по ордену!

Общий шум разрезал молодой девичий голос:

— С партизаном я гуляю, он находится в лесу, я, молоденька девчонка, пироги ему снесу!

— Кому что, а этой все гулять! Гулена! — под общий смех заругалась стоящая рядом с девушкой старуха. — Слушай, что петь надо!

Она шутливо замахнулась на внуку и пропела свою частушку:

— Я в разведке побывала, заминировала мост, ехал фрицев бронепоезд — пошел прямо под откос!

— Молодец, Ивановна, переходи к нам в отряд! — раздались выкрики партизан.

Завершать концерт должна была Зинаида Ованесовна — «Синим платочком», но сейчас это невозможно — кажется, она сорвала голос. И мне пришлось импровизировать. Я растянул меха аккордеона, прошелся пальцами по клавишам и кнопкам, запел: