— Выходит, эта атака не была направлена непосредственно на нас? — повел бровью глава дома Ротшильдов.

— Именно, — расплылся в улыбке Морган. — В мирное время обнародуй он эти материалы — нас бы в порошок стерли. В сопли. А так… — Он сделал неопределенный жест рукой. — Мы в основном выжили, хоть и понесли кое-какие потери. Не все. Но главное заключается в том, что он не собирался убирать нас со сцены. Просто использовал как громоотвод.

— Временный, — поморщился Ротшильд. — Через несколько лет Франция размажет и его, и его Союз как гнилое яблоко.

— А зачем?

— В смысле?

— Ну… Зачем Франции это делать? Что между собой не поделили Союз и Франция?

— Как минимум Германию.

— Это, кстати, удивительный курьез, — усмехнулся Морган. — Я совершенно не понимаю, как французы хотят обуздать западных германцев. У них же реваншизм и ненависть к французам после стольких лет войны.

— Ха! Больше читайте газет! — воскликнул Варбург. — У немцев ненависть не к французам, а к тем людям, из-за которых они проиграли. И сейчас французы ведут активную пропаганду, рассказывая немцам, что их предали аристократы и евреи. А так они — ого-го!

— Ну евреи — понятно, — улыбнулся Морган. — В любой неприятности всегда виноваты евреи. Но аристократы-то тут при чем?

— А кто дал себя обмануть евреям? — фыркнул смешливо Варбург. — Их выставляют вырожденцами и природными идиотами, которые занимают слишком много высоких постов, не соответствующих их личным качествам. Про имущество и речи и нет. Непомерно много. Несправедливо много. И его было бы недурно отнять да поделить промеж народа. Что народу очень по душе.

— Смешно, — согласился Морган. — Но да. Простые люди нуждаются в простых ответах на сложные вопросы. Даже если они не верны. Впрочем, это не объясняет, как они компенсируют реваншизм немцев.

— После той катастрофы, в которой немцы жили более десяти лет, им на самом деле сейчас хочется только одного — хорошей, сытной жизни, — хмуро заметил Варбург. — И они пойдут за тем, кто предложит им это[1]. Французы предложили.

— И что, это полностью гасит их реваншизм?

— В основном. Реваншизм немцев базируется на аристократии и офицерском корпусе. Первые почти полностью покинули Баварию и Ганновер после начала травли, опасаясь за свои жизни. Вторые это сделали еще раньше — при оккупации. Простые солдаты же и унтера слишком политически безграмотны для таких сложных желаний. И их мнениями очень просто манипулировать. Особенно под пиво. А обывателям на реваншизм плевать. Им бы покушать. И выпить, опять же. Лезть в окопы кормить вшей мало кто из них на самом деле желает.