Сразу в Сызрань Лена не поехала, решила дождаться Стольникова, а тем временем ознакомится с прогрессивным зарубежным опытом, для чего все дни пропадала в библиотеках и читальнях. А там и капитан вернулся, с первичным докладом. Сели в малом кабинете, в парадном, с его колоннами и портретом государя императора, можно было только важных визитеров принимать да фотографам позировать.

— Место хорошее, важное — мост через Волгу железнодорожные, пристани, нефтяные склады Нобелей. Под застройку пустырей сколь угодно…

— Откуда такое счастье?

— Несчастье, Григорий Ефимович, истинное несчастье. О прошлом годе Сызрань горела страшно, почитай, две трети на дым ушло, только опознанных погибших полиция сотню насчитала, а неопознанных так и до тысячи…

Стольников перекрестился, я на автомате сделал то же самое. И даже свободомыслящая Лена повторила такой естественный перед лицом трагедии жест.

— Так что городская дума за наше предложение ухватилась с радостью — стройка, работа, деньги… Площадок дали на выбор полдесятка, но я так думаю, строится надо чуть на север от станции, чтобы к чугунке поближе.

— А к пристаням?

— Полверсты будет.

Дальше Никодим Николаевич обстоятельно рассказал про город — про большие мукомольные производства купцов Перегожина, Ильина, Стерлядкина, Чернухина. Последнего, Мартеньяна Васильевича, весьма нахваливал — многолетний гласный городской думы, до недавнего времени так и головой был, управой руководил, много для Сызрани сделал. С продуктами хорошо, своя бойня, винный склад, кондитерская фабричка. Восстанавливают после пожара активно, на стройках полно пришлых рабочих. Благоустраиваются — водопровод провели, улицы асфальтовыми плитами мостят.

— Еще на том месте хорошо, что оно примыкает к владениям графа Орлова-Давыдова…

— Что же тут хорошего? — я отошел от окна, откуда слушал доклад Стольникова. Эх, сейчас бы на Неву, кататься на кораблике… а не думать, как уламывать графа.

— Крупный землевладелец, ему сотню-другую десятин продать как нечего делать, а человек образованный, на идею взять можно.

Я подивился такой деловой циничности капитана, но про себя отметил, что он прав. Чуть позже к нам присоединился Варженевский и к вечеру мы набросали “техническое задание” на создание в Сызрани наукограда или технополиса, короче, базы концерна “Распутин, сыновья и примкнувшие товарищи”. Вроде все учли, вплоть до создания потребкооперации, чтобы рабочим сделать жизнь подешевле. Строить жилье постановили прямо сейчас, а заводы — с весны, как и принято в России, а пока набирать и учить людей. На мое пожелание построить образцовые предприятия, чтоб “Европа обзавидовалась” поначалу с сомнением предложили подрядить кого из немцев или англичан, а потом Сергей Алексеевич вспомнил про знаменитую московскую контору Бари и работавшего в ней инженера Шухова. Ну, эту фамилию я точно знал, а коли инженера и через сто лет помнят, это круче любой рекомендации. Вот Варженевского к нему и отрядили — инициатива имеет инициатора, все как обычно.