Партия “небесников” также приняла на этот счет специальный декрет и даже кто-то придумал слоган “Одна мишень — много призов”. Пришлось выделять деньги на серебряные кубки, а потом и вовсе народ загорелся всероссийским соревнованием. Благо я подкинул идею стрельбы по “летающим тарелочкам”. А что? Стендовая стрельба уже была на Олимпиаде в Париже семь лет назад, построить будки на стрельбище и сделать простенький механизм выкидывание прессованных из битума тарелок — труда не составило. И все это под флагом предвыборной кампании. Хочешь в наши тиры и на наши стрельбища? Вступай в Небесную Россию. Это нашло очень хороший отклик в душах многочисленных российских охотников. Численность партии перевалил за двести тысяч, что стало большим сюрпризом для властей и для “конкурентов”. Милюков на последнем съезде хвастал, что кадетов в стране уже семьдесят тысяч — ну так мы меньше чем за год обошли в три раза.

Коалиционные переговоры сразу же ускорились и мы приблизились к подписанию конкретных документов. Тут тоже пришлось потратится. Напрямую взятки я, разумеется, главным октябристам и кадетам из ЦК не давал, но банкет за банкетом и прием за приемом шли исключительно за мой счет.

На фоне этого почти незамеченным прошел суд над Коковцевым и скандал с “черногорками”. Последних уже выслали не просто от двора, а из страны — с запретом въезда. Ну как говорится, бабы с возу — кобыле легче.

Я и правда все больше и больше ощущал себя эдакой кобылой, впряженный в неподъемный воз. Тащишь, тащишь, а толку нет. То Николай напивается и лыка не вяжет перед важной встречей с австрийским послом. То Аликс впадает в очередной мистический экстаз, ни на секунду не отпускает меня от себя, заставляет читать Библию и не просто Писание, а самую мрачную часть — Екклесиаста. Думаешь, удрал из Царского, отдохнуть бы — зовут в Зимний. Столыпину не нравится кандидатура Янжула. Тот “слишком независим”. Начинает мотать нервы. Опять приходится убеждать, пугать, проталкивать. Круглое носи, квадратное катай, бери больше, кидай дальше, отдыхай, пока летит.

Разве что ближе к сентябрю стало полегче с деньгами. Во-первых, еврейские банкиры просчитали наш рывок — передали через Полякова триста тысяч “пожертвований”. Под благое дело отмены черты оседлости. Ну от обещал — никто не обнищал, правильно? Пообещал, как Дума соберется — сразу запустить законопроект в дело. Тут же зашевелились старообрядцы. Причем почему-то их женская часть. Несколько купчих-вдов из первой сотни собрали сто пятьдесят тысяч, торжественно вручили прямо в моем новом дворце. Не поленились приехать в Питер! Уж очень большое впечатление на них произвела женская фракция. Которая прямо сказать поредела. Елена в Сызрани, Лохтина так и вовсе покинула партию…