— Вы фокусируетесь на мелочах. Я же предлагаю говорить о глобальном.

Ну хорошо, поговорим о глобальном.

— Это правда, что своим состоянием Ротшильды обязаны афере вашего дедушке с английскими и французскими облигациями? Ну та история с Ватерлоо? Когда барон Ротшильд перехватил сообщения оптического телеграфа о проигрыше Наполеона, сначала играл на понижение, потом на повышении и выпотрошил всех французских и английских биржевиков?

Мне удалось удивить Джеймса. Тот резко затушил сигару, кинул монокль на стол:

— Откуда вы знаете эту историю?

— Может у меня тоже есть свой Фредерикс в вашем окружении?

Я усмехнулся, достал платок, демонстративно высморкался. Слуги быстро сервировали стол, а Джеймс тем временем с интересом меня разглядывал.

— Сто лет прошло. Это старая история…

— Которую можно рассказать по-новому — я кинул платок с соплями поверх монокля Ротшильда. Ну как? Съел?

— В вас есть какая-то загадка… — Джеймс покивал сам себе

— Вы не первый, кто мне это говорит.

— Давайте о деле. Не в наших интересах усиливать Россию — говорю откровенно. Ваша политика антисемитизма… Она порочна. Черта оседлости, это грязная история с Поляковым…

— Давайте договариваться — я тяжело вздохнул — Полякова больше спасать не будем. Утонет — утонет. Выплывет — мешать не будем. А черту отменим. Не в следующем году, так через год… Обещаю. Но в обмен, — я задумался, что тут можно выторговать. — Кроме химического завода, мне нужна фабрика по производству телефонных и телеграфных аппаратов. А также радиостанций. Желательно от Сименс или Telefunken.

Пошла торговля. Тяжелая. Ротшильды во всех этих предприятиях имели долю, входили в совет директоров. Но делиться технологиями вот так просто за здорово живешь — не хотели. Пришлось в ответ рассказать про Баку и нефтяную колонну, пообещал пустить в свой нефтяной бизнес. Ну и еще минус полтора миллиона золотых рублей на покупку предприятий. Мысленно схватился за голову. Почти все, что “нажито непосильным трудом… куртка кожаная три штуки…”.

— Рокфеллеры и Нобели будут в ярости, — Джеймс подвел итог нашей беседы, — Лезем на их территории…

— Повоюем. Но потом договоримся.

Мы довольно тепло попрощались, я отправился обратно в отель, собирать вещи.

И писать третье письмо. Баку ведь станет ареной битвы гигантов, а они сейчас ничем не брезгуют, запросто будут гореть вышки, скважины, совершаться диверсии… Нужен запасной вариант — Поволжье!

Вот я и написал Манташеву, что общался с Ротшильдами и те землю носом роют, уверены, что под Бугульмой нефть есть. И что не вредно бы и нам пощупать те края, и что я настолько уверен, что готов экспедицию профинансировать, так что, дорогой друг Александр Иванович, пиши Вернадскому, готовь людей, на следующий год отправим. Если меня не пристрелят раньше, разумеется.