Леонид видел, как внизу двигаются стаи Мутировавших Псов. Чуть позже заметил огромную тень, скользившую по крышам высоток — что-то действительно гигантское охотилось этим утром, но Арчи летел выше.

Мощные взмахи крыльев несли их над тёмными провалами парков, над руинами МКАДа. Полёт занял не больше часа. Холод пробирал даже сквозь пуховик, руки в перчатках закоченели, но Леонид не обращал внимания. Он всматривался в пейзаж.

Наконец, впереди показался массив Бутовского лесопарка. Ещё немного, и удалось разглядеть прогалину среди пышных деревьев.

Вот он, пункт назначения.

Чёрное каменное строение, абсолютно чуждое этому месту. Невысокая, приземистая башня, похожая на донжон средневекового замка. Грубый, неотёсанный камень, узкие бойницы, массивные зубцы. Никакого бетона, никакого стекла. Чистая, мрачная готика, неуместная в подмосковном лесу, как акула в бассейне. Эта громада словно проросла из земли, раздвинув корни деревьев.

— Снижаемся, Арчи, — скомандовал Леонид.

Крикун послушно заложил вираж и начал плавно спускаться, описывая круги над поляной. Леонид вспомнил, как впервые увидел эту башню пару дней назад, когда летел в западную часть города на разведку.

Раньше её здесь не было. Он был уверен в этом на сто процентов. Эта каменная громада, будто вырванная из какого-то фэнтезийного мира, просто появилась из ниоткуда. Тогда он почувствовал неладное, инстинкты завопили об опасности. Даже на высоте сотни метров Леонида скрутило так, будто он проглотил ежа. Страх. Иррациональный, липкий ужас, который заставил Арчи шарахнуться в сторону. Но Леонид был любопытен. И он спустился, чтобы осмотреть строение поближе.

Тогда всё и началось, а теперь… уже нет обратного пути.

Арчи выпустил когти и мягко коснулся земли. Сложил крылья, недовольно курлыкнул, косясь на башню. Животное чувствовало ауру смерти, исходящую от этих стен.

— Жди здесь, — Леонид спрыгнул на траву, похлопал птицу по боку и направился ко входу.

Массивные, окованные железом створки, высотой метра в четыре, дрогнули. Раздался скрежет, и ворота медленно, сами собой, начали открываться внутрь. Они приглашали войти. Из проёма пахнуло затхлостью и холодом склепа.

Леонид почувствовал себя мышью, добровольно идущей в пасть к удаву. Кишки завязались в тугой узел. Каждый шаг давался с трудом, инстинкт самосохранения орал: «Беги, идиот!». Но он знал, что бежать поздно. Договор есть договор.

Он переступил порог, входя в полумрак. Внутри не было ни факелов, ни ламп. Шаги гулко отдавались под сводами. Леонид шёл по длинному коридору. По бокам, в глубоких нишах, стояли статуи… нет, не статуи. Это были высушенные трупы воинов в ржавых доспехах, сжимающие в костяных руках мечи и секиры. Их пустые глазницы, казалось, провожали гостя.