— Флаел! — прочавкал он, приветствуя меня. — Снова на дело? Только я доем, холосо?

— Доешь по дороге, — сказал тоном, не предполагающим возражений. — Едем к барону Листницкому, у меня к нему сразу два дела.

* * *

Ферма барона Листницкого выглядела намного лучше, чем в нашу первую встречу в сентябре. За два месяца его дела пришли в норму. Это было видно по свежей краске на стенах коровников, по залатанным крышам и стенам, по немногочисленной, пусть и подержанной технике, стоявшей рядом с его рабочим хозяйством. И слуги. Их было намного больше.

Правда, одеты они были так же неопрятно, но теперь я видел в этом практичный подход. Они же в грязи возились.

Добирались мы два часа, так что я успел сделать звонок барону, и нас уже ждали. Сразу у ворот один из слуг показал в сторону дороги из накатанной грязи. Путь привел нас к небольшой, примерно на три-четыре сотни квадратных метров, но доброй усадьбе. Деревянная, построенная по каркасной технологии, с небольшой верандой и о двух этажах с резными белыми наличниками на окнах и стенами, окрашенными в веселый голубой цвет. Она смотрелась как яркий весенний цветок посреди поля, покрытого тонким слоем позднего ноябрьского снега.

Григорий подкатил машину к самым ступенькам веранды, где нас ждал сам барон с румяной девчушкой, которую я еле узнал.

— Максим! — горячо приветствовал меня улыбчивый седой мужчина и сразу же заключил в объятия, едва я вышел из машины.

Строго говоря, мы не виделись с ним с того дня, как я пообещал спасти его дочь. Просто не смог лично вручить Elixir Susurrus Aurora, исцеливший дочь барона от Сумеречной немоты — пришлось передать через Романа. Он тогда в первый раз засветился в новостях и в первый раз меня проклял. А нам с бароном снова встретиться лично так и не довелось. Не до того было.

— Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал вас, Максим, и не благодарил небеса за встречу с вами, — улыбаясь, отстранился от меня Листницкий.

— И за попытку меня убить? — подколол я его.

— В определенной степени… — поддержал он шутку и засмеялся, затем показал рукой на стоявшую рядом девочку: — Вот, знакомьтесь, это Варя, моя дочь и теперь уже Матриах рода Листницких. Наш Реликт полностью перешел к ней. Варя, это дядя Максим, я рассказывал тебе о нем.

Девочка, стоявшая рядом с бароном на крыльце, была одета в простое, но качественное шерстяное пальто, из-под пол которого выглядывала длинная цветастая юбка — тоже шерстяная. Голову Вари покрывал темный с красными узорами платок, а сама она выглядела совсем по-другому, нежели я ее запомнил. Вместо бледной, измученной болезнью девочкой передо мной стояла румяная и улыбчивая Варя, фиалковые глаза которой светились добротой и любопытством.