Я проснулся первый — привык рано просыпаться, и, принюхавшись, понял, что Бэль легла… Скажем так, сильно позже меня. И не просто так. О чём мягко намекал её ядрёный перегар на всю спальную. Тяжко вздохнув, покачал головой, встал и побрёл по важным утренним делам. А заодно умыться, а лучше душ принять.
Выйдя из душа, обнаружил виновницу торжества — пустую бутылку из под фирменного рома на полу, лежащую рядом с её лифчиком. Лифчик она снимает перед сном; вот и сняла возле кровати, возле которой сидела на полу и нажиралась в одно рыло. Грубо я о принцессах, но факты вещь упрямая — Бэль та ещё прелесть. Так что будить моё солнце не стоит — пусть проспится.
Но пакостник-шалун во мне решил немного поиграться, отомстить и позабавить себя, так сказать. Я залез на кровать и принялся тыкать её носом куда получится — в подбородок, в нос, в грудь. Затем прилёг рядом и принялся пощипывать её пухлые округлые грудки — некоторыми вещами можно заниматься вечно. Подул на лицо — сморщилась. Разлепила веки, но тут же их сомкнула. С намёком на сердитость откинула мою руку и повернулась набок. Смотрелось это забавно, так что я продолжил приставать.
Приставал по-тихому, ничего эдакого. Ну, там грудку помять, там за бок ущипнуть, там за плечо. Она после пощипываний дёргалась и мычала. Наконец, бросила:
— Эдуардо, отвали!
Моя челюсть отвисла. На какое-то время застыл, пытаясь понять, что это было. Она явно не пришла в себя и что углядела спьяну…
В общем, я продолжил. Для чистоты эксперимента. Но теперь был более нагл и настойчив. Она периодически дёргалась, дрыгала рукой или ногой, отгоняя меня, словно назойливую муху, и наконец не выдержала, психанула и села, наполовину оборачиваясь:
— Эдуардо, пошёл вон урод, я сказала!
Мутный взгляд её при рассматривании любимого меня начал проясняться, туман рассеиваться. Наконец, пришло понимание.
— А, Хуан, это ты. Прости, не узнала. — И тут же облегчённо плюхнулась спиной назад, на подушку. — Чико, будь другом, принеси чего-нибудь попить?.. Пожа-алуста!..
— Эдуардо? — переспросил я.
— Ай, — она скривилась, не разлепляя век. — Я с первого дня тебе говорила, что вы похожи. Он точная твоя копия… Или ты его… — Её язык начал заплетаться, а сама она проваливаться в сон. — Брутальная только… Мужественная…
Дальше пошёл храп, которого трудно ожидать от нежной юной девы, и я поспешил к колонке за водой. Что такое сушняк наутро с бутыля ядрёного рома в одно рыло… Даже с генмодифицированными способностями к трезвлению… Бр-р-р-р!
…А вопрос, что МОГ делать Эдуардо в её постели рано утром после пьянки, что она в принципе могла нас перепутать, задавать не буду. Ограничусь тем, что ей это НЕ понравилось. Почему не буду? Да потому, что страшно. Иногда какие-то вещи лучше не знать, пусть даже я пложу сущности и подозреваю всякого, чего на самом деле не было и даже быть не могло. Иногда лучше не знать, что не могло, чем случайно узнать что-то, от чего жизнь не будет прежней. Надежда она такая.