Во время обеда я позволил себе немного расслабиться, наслаждаясь своим куда более разнообразным рационом из кукурузы, помидоров и молока. Обойдя дерево, направился к свинарнику, жуя на ходу, мне хотелось проведать поросят, деловито копошащихся в новеньком загоне.

Поросячий обед из тауремьего молока и молодой кукурузы уже должен был быть доставлен Стефанией. Я огляделся, выискивая ее. Тауремы мирно паслись на лугу, но самой девчонки видно не было, как и ее лошади.

В звенящей тишине полуденного зноя услышал ее раньше, чем увидел. Вдоль кромки леса, словно привидение, неслась Стефания на своей Стреле. Скорость была такая, что дух захватывало.

Не соврала, значит, когда хвалилась умением ездить.

Она буквально распласталась на спине лошади, пока та отбивала копытами дробь по земле. В мгновение ока они облетели все наши владения. Развернувшись у самой дальней, южной, границы, она галопом промчалась через траву в моем направлении.

Стефания придержала лошадь в центре поля, собираясь, видимо, спешиться, но, заметив меня, расплылась в широкой улыбке. Направив Стрелу ко мне, она легко соскочила на землю и взяла поводья.

— Ну как, Князь? — спросила она, глаза так и светились. — Неплохо я держусь в седле?

Опять она со своими играми. Только вроде выкинул ее из головы.

— Весьма, — ответил равнодушным тоном. — Для юной особы очень даже неплохо.

— Хотите освежить свои навыки верховой езды? — не унималась она.

— Почему бы и нет? Давненько я не сидел в седле. Посмотрим, не растерял ли сноровку.

— Это может быть опасно. Но только если у вас был плохой учитель.

— А ты, надо полагать, хороший? — с легкой усмешкой поинтересовался я.

— Нет. Я лучшая, — она тихонько хихикнула, поглаживая гриву своей лошади. Рыжие волосы разметались по спине, открывая миловидное личико и яркие голубые глаза.

— Звучит самонадеянно, — хмыкнул я. — Что ж, докажи. Только не затягивай, дел и без того хватает.

— Конечно, Князь.

Через несколько минут я уже стоял перед своим конем на поле, а рядом Стефания.

Стефания принялась с покровительственным видом объяснять мне азы посадки в седло, словно я никогда в жизни лошади не видел.

— Видите ли, Князь, главное — это уверенность. Лошадь чувствует ваше настроение, поэтому нужно…

— Конечно, — перебил я с легкой улыбкой, взбираясь в седло одним плавным движением. — Продолжай.

Она явно ожидала увидеть неуклюжие попытки освоиться, но я сидел в седле как влитой. Мне часто приходилось иметь дело с лошадьми, да и в тайге по долгу работы егерем катался не раз, в местах, где на машине было не проехать.