Он замахнулся топором, целя мне в голову. Я ушел с линии атаки, одновременно выставляя меч. Клинок со звоном ударил по древку топора, выбивая его из рук амбала. Отлично.

Он взревел и попер на меня, раскинув ручищи, явно собираясь сгрести в охапку. Я отступил, не давая ему сократить дистанцию, и рубанул по выставленной вперед руке. Кровь брызнула, но он, кажется, даже не заметил. Схватил лезвие моего меча голыми руками. Силищи у него было немерено. Я рванул меч на себя, одновременно проворачивая, заставляя лезвие резать глубже. Он взвыл, но хватку не ослабил, пытаясь вырвать оружие.

Я резко отпустил рукоять, одновременно шагнув вперед и врезав ему локтем под дых. Он согнулся, выпуская меч. Не давая ему опомниться, подхватил клинок и коротким, точным выпадом проткнул ему горло.

Громила захрипел, обмяк и тяжело рухнул на землю.

Последний из банды все еще изображал из себя грозного охотника, гоняясь за Забавой по поляне. Картина маслом — раненый бандит с дырой в ладони пытается поймать тигрицу. Она легко уходила от его неуклюжих выпадов, словно дразнила котенка.

Я неспешно направился к ним. Переговоры с этим типом были бессмысленны — по горящим глазам видно, что крыша окончательно поехала.

Заметив меня, бандит развернулся и с диким воплем кинулся в атаку. В здоровой руке сжимал нож Забавы. Видимо, решил, что я более легкая цель. Ну-ну.

Встретил его выпад размашистым ударом длинного меча. Рука с ножом отделилась от тела и шлепнулась в траву. Урод завизжал и попятился, зажимая культю.

— Думаю, теперь моя очередь, — выдохнула Забава. Она подобрала свой окровавленный нож с отрубленной руки, подошла к скулящему бандиту, посмотрела ему в глаза и спокойно вонзила клинок ему в грудь. Контрольный.

— Вот это сервис, — только и смог пробормотать я.

Смертью меня не удивить, но такая деловитость… впечатляет.

Забава вытащила нож, подобрала второй, валявшийся у палаток, и принялась вытирать их какой-то тряпкой.

— Ты как? — поинтересовался я.

— В полном порядке, князь, — небрежно бросила она.

— Это было… эффектно.

— Что именно?

— Ну, как ты его… успокоила.

— Какой смысл заставлять страдать? Даже врага. Быстро и без мучений.

В ее словах была своя логика. Жестоко? Да. Но эффективно. И, если уж совсем честно, где-то в глубине души я с ней согласен. Меньше шума, меньше проблем.

Внезапно сквозь шелест листвы донесся крик. Не звериный — слишком осмысленный. И точно не один из этих горе-вояк — они уже все отправились к праотцам.

— Слышишь?

Забава повернула голову, ее рыжие уши дернулись.

— Кто-то рядом.

Нет, я не спятил. Крики были вполне реальные.